Читаем Лорд поневоле полностью

— Вы самый забавный человек в мире, Чик! — сказала она. — А как обстоит дело с одеждой?

— С одеждой? — переспросил Чик. — Разве мне придется переодеваться для этого?

— Конечно! Есть у вас фрак?

Но Чик не обладал таким великолепием.

В тот же день отправились по магазинам, торгующим готовым платьем. Оказалось, для Чика удивительно легко было найти подходящий размер, и хотя танцевальный вечер начинался только в десять, Чик уже вполне был одет к шести и в течение трех часов просидел дома с таким выражением, как будто его ожидала казнь. А очутившись перед домом Кренли и увидев великолепных лакеев, толпу шикарных леди и весьма элегантных джентльменов возле ярко освещенного подъезда, у него появилось сильнейшее желание бежать.

Он побродил около дома по тротуару, прикидывая, как поступить. Его волнение немного улеглось, когда лорд Мансар, выскочивший из подъехавшего автомобиля, схватил его под руку и увлек в дом. Прежде чем успел что-либо сообразить, Чик очутился перед нарядной леди и пожимал ее руку, унизанную драгоценностями.

— Рада с вами познакомиться, лорд Пальборо, — пропела она слащаво. — Я так много слышала о вас.

Чик открыл было рот для маленькой речи, выражавшей его благодарность за приглашение, но вовремя заметил, что миссис Кренли уже отвернулась от него, приветствуя другого гостя.

Мансар снова взял его под руку и повел в большой зал, наполненный танцующими парами.

— Теперь, Пальборо, что вы намерены делать?

Щеки Мансара слегка порозовели после хорошего обеда.

— Я немного посижу, — пробормотал растерявшийся Чик, — и посмотрю на танцы. Как вы думаете, когда мне можно будет уйти?

Мансар рассмеялся.

— Мой друг, если вы убежите раньше, чем сделаете несколько полезных знакомств, я вам этого никогда не прощу. Пошли!

Он схватил Чика за руку и подвел его к джентльмену, протянувшему ему кончики пальцев: он был министром в одном из прежних кабинетов и настолько влиятельной особой, что почти не взглянул на Чика. Но Чик заметил, что у него было тонкое лицо с бесцветными глазами и сильно морщинистым лбом.

Затем таким же образом он был подведен к другому не менее важному джентльмену, имени которого он также, при всем старании, не смог уловить.

— А теперь, старина, — оживился лорд Мансар, — я вас покидаю. Я иду наверх играть! А вы играете?

Чик улыбнулся, тряхнул головой.

— Я пробовал играть одним пальцем… — начал он, но лорд Мансар рассмеялся и бросил его на произвол судьбы.

Чик немного побродил, затем, присев на свободный стул, с удовольствием рассматривал танцующие пары. Некоторые с любопытством поглядывали на одиноко сидящую фигуру, недоумевая, кто бы это мог быть и какова причина его появления на танцевальном вечере. Но даже те леди и джентльмены, которым он был представлен, не обращали на него внимания. Наконец ему надоело сидеть, и вслед за разгоряченными танцорами, время от времени покидавшими зал, он пошел в столовую, где лакей вручил ему бокал с золотистой жидкостью.

— Это пиво? — спросил он.

— Нет, сэр, шампанское, — ответил лакей. Чик отпил глоток, а когда лакей отвернулся, поставил бокал на край стола и с виноватым видом поспешил прочь.

Многие гости поднимались наверх. Сначала Чик не решался следовать за ними, полагая, что это привилегия близких друзей хозяев дома, но потом он собрался с духом и тоже отправился наверх.

В большой комнате около тридцати человек, мужчин и женщин, толпились вокруг зеленого стола, в центре которого находилась маленькая рулетка. Заинтересованный странной процедурой, он видел, как настоящие деньги, правда, не очень крупные, путешествовали по разнумерованным квадратам и двухцветным полям с непонятными надписями.

— Азартная игра! — прошептал изумленный Чик и боязливо оглянулся на дверь, из которой, как ему казалось, каждую минуту могла появиться полиция. Только впоследствии он узнал, что рулетка была одной из главных приманок дома Кренли.

Чик вышел на площадку лестницы, где было значительно прохладнее, чем в жарко натопленной комнате.

Он чувствовал себя очень одиноким и уже собрался заняться поисками шляпы и пальто, когда вдруг одна из дверей в глубине коридора открылась, и оттуда вышел высокий цветущий джентльмен. Осмотревшись, он кивнул головой Чику, и Чик послушно подошел к нему.

— Сходите к буфетчику, — приказал Грегори Бойн, — и принесите полдюжины «Помери». Скажите ему, что это для мистера Бойна. Живо!

— Хорошо, — согласился Чик и быстро спустился по лестнице в более радостном настроении, чем когда он поднимался наверх, так как, наконец-то, он нашел себе занятие.

— Шесть бутылок «Помери», сэр? Для мистера Бойна? Хорошо. Я сейчас пошлю официанта.

— Не беспокойтесь, — ответил Чик. — Я отнесу их сам.

Буфетчик посмотрел на него и многозначительно улыбнулся.

— Хорошо, сэр, — согласился он.

И Чик снова поднялся по лестнице, держа с двух сторон подмышками по три больших бутылки.

Он постучал в дверь, услышал, как повернулся ключ, — и на пороге появился Бойн.

— Войдите, — разрешил он. — Вам лучше остаться здесь и открывать эти бутылки.