Читаем Лорд Дракон полностью

Чего такой притягательный, чувственный мужчина мог хотеть от неё? Только одного — очередной связи, которыми был известен при дворах Франции, Аквитании, Бургундии и Англии. Да, именно этого. Он как раз и собирался соблазнить её, когда вмешался отец. Он был ловким обманщиком и попытался одурачить и её, и Хьюго. Без сомнения, в тот момент он понял, что проще всего согласиться с требованиями Хьюго. Таким образом, он воспользуется ею, чтобы удовлетворить свою похоть, а позже придумает какой-либо повод, чтобы избавиться от неё.

Джулиана подняла голову и вздохнула. Она смотрела на пламя свечи. Вероятно, чтобы избежать женитьбы, он воспользуется тем же поводом, что и Эдмунд. Если Грэй де Валенс открыто отвергнет её… Снова спрятав лицо в ладонях, Джулиана застонала. Она не вынесет этого во второй раз. Она пыталась забыть ту сцену в спальне Нью-Холла, забыть тот взгляд, который смотрел на нее, как на прокаженную. И вновь почувствовала дурноту и почти одновременно подступившие жар и холод. Нет. Лучше умереть, чем снова быть опозоренной перед всем миром.

От такой перспективы сжалось сердце, а к глазам подступили слезы. Джулиана всхлипнула от боли и страха. Она хотела убежать прочь, в холмы, где смогла бы выкопать себе глубокий туннель и схорониться там, подобно больной крысе.

Джулиана вскочила с табурета и начала мерить шагами кладовую. Глаза болели от усталости и непролитых слез, она чувствовала слабую тошноту в судорожно сжатом от страха желудке. Нет, её не удастся снова одурачить лживой надеждой и красивым лицом. Вопреки решимости не думать о нем, образ Грэя де Валенса с волосами цвета лунного света и абсолютным воплощением мужской чувственности, возник в голове: вот он стоит в часовне Уэллсбрука вместе с её семьей и большой толпой народа и, протягивая в её сторону руку, называет её уродливой. Все с ужасом смотрят на неё, и она убегает.

Но она не могла убежать по-настоящему, убежать навсегда. Отец не позволит ей. Хьюго был в таком же восторге от предстоящего союза с де Валенсом, как и мать. Никто не прислушается к её возражениям.

— Что же мне делать? — спросила она вслух.

Ответа не последовало, и она продолжала метаться по комнате. Затем снова села на табурет. Облокотившись на стол, Джулиана опустила подбородок на руки.

— Брат Клемент! — прошептала она.

Он поможет. Если она примет обеты в его присутствии, даже отец ничего не сможет сделать. Брат Клемент не захочет, чтобы её отдали человеку, который с легкостью меняет женщин одну за другой.

Самоотверженное служение Господу и труды во благо общества считались важнее, чем брачные узы, даже для женщин. Волна облегчения прокатилась по ней, и тогда она почувствовала усталость. Джулиана положила голову на руки и закрыла глаза. По щеке покатилась слезинка.

Трубадуры пели песни о любви рыцарей к дамам. Если бы её жизнь была похожа на эти песни, Грэй с первого взгляда очаровался бы ею. Он бы начал нежно за ней ухаживать, со стихами и мольбами. Сначала бы он попросил её расположения на турнире, а затем выбрал Королевой Любви и Красоты и разрушил стены бутафорского замка, чтобы заявить на неё права. Но он не сделал ни одну из этих вещей. Вместо этого он загнал её в лужу и корыто, постоянно докучая пылкими, грешными прикосновениями, искушая её своим телом. Он закинул её на плечо и бросил поперек седла, как какой-то викинг-захватчик.

Грэй де Валенс не ухаживал за ней, а мародерствовал и грабил. Но она не собиралась становиться одной из его жертв. Она не предоставит ему возможности причинить ей такую же боль, какую причинил его кузен. Гром небесный, о чем она говорит? Если она не поостережется, то этот серебряноволосый захватчик причинит ей куда больше вреда, чем тысяча Эдмундов вместе взятых.

Она откажется от этого брака, несмотря на отцовский приказ. Если она откажется дать согласие на брак и заглушит вопли Хьюго собственными криками, то, по крайней мере, получит отсрочку. За это время она заставит Грэя де Валенса жалеть о том дне, когда он попытался воспользоваться ею для собственного удовольствия. Вскоре он будет молить освободить себя от данных им обязательств. Джулиана улыбнулась, когда подумала о различных заманчивых способах заставить де Валенса отказаться от помолвки. Но когда она уже начала засыпать, видения злых проделок сменились образом спокойного и прекрасного в своей наготе лорда, стоящего в окружении её сообщников.

— Госпожа, проснитесь, проснитесь.

Глаза Джулианы открылись. Она оторвала голову от рабочего стола и поморщилась от боли, пронзившей шею. Подняв взгляд, она увидела возле себя Элис.

— О, моя шея! Милосердный Бог, я всю ночь проспала на этом столе.

Элис улыбнулась в ответ, что совсем не понравилось Джулиане.

— С чего это ты так веселишься? У тебя что, прошли боли в спине и чихание?

— Нет, госпожа. О, какой счастливый день. Они в новой библиотеке в эту самую минуту, — Элис захлопала в ладоши, приплясывая от удовольствия.

Джулиана поднялась и снова поморщилась, когда почувствовала боль в боку. Она потерла онемевшую спину. — Кто сейчас в библиотеке?