Квадратная комната площадью метров двенадцать. В углу умывальник. Две кровати по обеим сторонам окна, прямо напротив двери. Два металлических шкафчика, как те, что стоят в гимназических раздевалках, служили и платяными, и бельевыми, и прочими. Рядом с каждой кроватью письменный стол. На одном из них куча предметов: ноутбук, будильник, мобильник. Личные вещи Виссы.

– Никто ничего не трогал, – подтвердил Верни. – Сосед спит в другом месте. Он забрал свои вещи.

– Уложите это все в мешок и опечатайте до приезда техников. – Эрван отметил безупречную чистоту пола и пустые корзины для бумаг. – Здесь сделали уборку.

– Курсанты убирают по очереди, – пояснил Ле Ган. – Каждое утро двое из них моют комнаты. Суббота не была исключением. Никто еще не знал, что Висса исчез.

– Значит, те двое были стариками?

– Конечно. На протяжении сорока восьми часов Крысам… я хочу сказать, новичкам доступа в здания нет.

– Найдите парней, которые здесь убирали.

– У вас слабость к мусору, – съязвил военный.

Эрван проигнорировал замечание.

– Найди двух свидетелей и займись осмотром, – сказал он Крипо. – Никаких курсантов или инструкторов: секретарши, административный персонал. Проверь все досконально. Шансов мало, но все же попросим техников прочесать здесь все сверху донизу.

– Что-то до меня не доходит, – вмешался Верни. – Мы вовсе не ожидали, что…

Полицейский повернулся к нему:

– Подполковник, складывается впечатление, что вы не понимаете ситуацию в целом, а у меня не хватает слов, чтобы все вам спокойно объяснить. Скажем так: мы начинаем с нуля.

16

Комната, в которой их разместили, была точным подобием комнаты Виссы, но с ванной в придачу.

– Садитесь.

Эрван попросил Ле Гана и Верни пойти с ними. Оба ворона ухватили по стулу и с взъерошенным видом уселись рядышком за письменный стол. Дождь по-прежнему хлестал по стеклам, рассекая время на тончайшие пласты.

– Я еще не видел составленных вами протоколов, но уверен, что там комар носа не подточит. Просто у нас налицо смерть человека. Несчастный случай или что-то иное. Мы не должны ничего исключать. Даже преднамеренное убийство.

Ле Ган выпрямился на своей жердочке:

– Откуда вы только берете подобные глупости?

– Такова моя профессия. Возможно, Висса был уже мертв, когда его поместили в бункер. Возможно, кто-то знал, что «рафаль» ударит именно по этой цели. Прекрасный способ уничтожить все следы преступления.

– Никто не может знать о цели до начала маневров, – возразил жандарм.

– Нам предстоит в этом удостовериться. А сейчас нам необходимо подкрепление. Где базируются ТИС?

– Наши кто? – вопросил Лангуст.

– Технико-идентификационная судебная служба, – подсказал ему Верни, прежде чем обратить к Эрвану: – В Ренне. Думаю, они смогут прибыть завтра.

– Сегодня вечером. И среди прочих мне нужен спец по пальчикам и слепкам.

– У нас стоит ANACRIM.[44]

– Отлично. Заодно пусть сделают заборы органики. Сначала в комнате Виссы. Завтра утром на Сирлинге. У вас есть эксперты, способные работать на мокрых почвах или даже в воде?

– Техники по подводным расследованиям, да.

– Скажите, чтобы прихватили помпу. Я хочу прочесать дыру, оставленную снарядом.

Жандарм заволновался. Эрван вышагивал по комнате, заложив руки за спину, невольно подражая полковнику Винку:

– Что до Виссы, Крипо займется распечатками его звонков, но ему нужны подручные. Сколько жандармов вы можете собрать к завтрашнему утру?

– С десяток.

– Прекрасно. Еще мне нужна расшифровка всех переговоров в регионе. Все данные с местной вышки сотовой связи.

Верни невольно присвистнул. Эрван покачал головой:

– В ландах не должно быть слишком уж много звонков.

– А запрос в компании?

– Прокуратура подпишет. Мы можем сослаться на условия очевидности,[45] что дает нам свободу действий на срок в неделю. Что касается компьютера, у вас есть кто-нибудь сто́ящий?

– Есть один энтишник. Лучший в Бретани.

«Энтишник» означало «специалист по новым технологиям». Эрван знал жаргон жандармов.

– Он из Бреста, – продолжил Верни. – Если не в отпуске, то сможет приехать еще до вечера.

– А если в отпуске, найдите еще кого-то. К исследованию компа надо приступить в ближайшие часы. Расшифруем данные, и кто-нибудь из ваших людей пройдет по ссылкам и выделит все, что может содержать информацию о связях Виссы, о его сексуальных пристрастиях и прочем.

– Почему сексуальных? – привскочил Ле Ган.

– Потому что Интернет – это самая большая машина для дрочки, какую только придумывал человек. Удовлетворены?

– Не вижу связи с его дезертирством.

– Да бросьте вы наконец: этот сценарий не выдерживает критики. Нет никаких оснований думать, будто Висса, горящий желанием стать пилотом и, кстати, вовсе не похожий на труса, вышел в море, испугавшись, что его заставят отжиматься или жрать собачью еду. Не говоря о конкретных деталях, которые не увязываются.

Командиры свесили голову. Больше об этом речи не будет.

Эрван наклонился к ним, упершись руками в колени, точно спортивный тренер:

– Теперь о ваших специальных заданиях. Верни, вы пошлете группу в район причала, чтобы прояснить эту историю с судном. Там вообще люди живут?