Читаем Логика бреда полностью

Что общего между всеми перечисленными видами бреда, составляющими развернутый бредово-галлюцинаторный комплекс при параноидной шизофрении? Пожалуй, общим является то, что бредящий чрезвычайно активно взаимодействует с реальностью, а вовсе не отдаляется от нее. Отто Ранк, автор книги «Травма рождения», в другой своей книге писал, что безумец пребывает в истине, в то время как «нормальный человек» – в иллюзии своей нормальности. Я совершенно согласен с этим положением. Вот я сам сейчас пребываю в опасной иллюзии, что я – философ, писатель, автор большого числа книг, и больше знать ничего не желаю. Почему это иллюзия, и чем она опасна? Если я философ и писатель, то, значит, я нормальный человек, т. е., по Ранку, пребываю в иллюзии своей нормальности. Как мне пробиться к психотической истине и утвердиться в ней? Что на этот счет говорит новая модель реальности? Она говорит, что Я – настолько пустая и ненужная вещь, что о ней вообще не стоит и думать. Нет никакого Я, есть только взаимные превращения и отождествления. Но ведь это я придумал новую модель реальности. Как же она может диктовать мне свои условия? Но так ставить вопрос – значит вновь заниматься раздуванием, инфляцией своего Я. Не я придумал новую модель реальности, а она придумала меня, впустила меня в себя на какое-то время. В рамках новой модели реальности все действительно имеет отношение ко всему, и, стало быть, бред отношения – фикция. Все на самом деле преследуют всех, но не в том смысле, в каком убийца преследует жертву, а скорее в том, в каком говорят о преследовании какой-то цели. Какую цель преследую я? Ведь цель состоит не в том, чтобы написать очередную книгу, а в том, чтобы в очередной раз предпринять попытку разобраться в себе. Но ведь есть больные, у которых на самом деле есть преследования, которые уверены, что их преследуют масоны, ЦРУ или ФСБ. Если человек думает, что его преследуют масоны, то в его модели реальности, в его возможном мире так оно и есть. Он страдает и мучается из-за этого, его жизнь превращается в кошмар. Если же человека на самом деле преследуют, то жизнь его на самом деле превращается в кошмар. И, самое главное, невозможно определить, на самом ли деле его преследуют или у него персекуторный бред. «А судьи кто?» Точно так же дело обстоит с бредом воздействия. Кто мне докажет, что я на самом деле не одержим какой-то дьявольской силой? Что это такое «на самом деле»? Да, черный человек Есенина – это был он сам, его психотическая часть, но он сам пришел к этому. Так что же, надо оставить все как есть? Не лечить бредящих? Пусть себя бредят на здоровье! В определенном смысле так оно и есть. Но это же бесчеловечно! А не бесчеловечно ли было в брежневские времена преследовать инакомыслящих, сажать их в сумасшедшие дома и закалывать аминазином и галоперидолом, пока они от этого действительно не сходили с ума? У каждого человека есть свой жизненный проект, и он будет осуществлять его. Здесь не поможешь никаким таблетками.

Теперь о бреде величия. Ведь что такое бред величия? Чаще всего он возникает на терминальной стадии шизофрении. Человеку представляется, что он мессия. Ну что же, значит, он в своем жизненном проекте, в своем возможном мире действительно мессия. Христа, который заявлял, что Он – Сын Божий, тоже поначалу считали сумасшедшим. Но ведь у Ницше в конце жизни был бред величия. Он отождествлял себя то с Христом, то с Дионисом. Что ж, Ницше сам писал: «Падающего толкни!» То есть любому процессу не стоит препятствовать, а надо содействовать его завершению. А как на это отреагирует новая модель реальности? И Ницше, и Христос, Дионис, и все другие боги и смертные суть проявления одного начала, творческого по своей природе.