Читаем Лютобор, собиратель рун полностью

– Так. Давай я тогда первый – переглянулся участковый с районным следователем– В общем, дом куплен четой Овечкиных. Отец, значиться, семейства Илья Андреевич, сорока семи лет – бизнесмен, владелец сети пиццерий «Гоу-Гоу Пицца». Кстати рекомендую очень неплохая «Маргарита» у них, значиться. Характеризуется подчинёнными как деловой, целеустремленный и грамотный экономист. Жмот правда еще тот, в управленческую контору, ну которая тут в поселке всем заведует, уже год как взносы не платит.

Прервавшись, он то ли постарался причесать вспотевшие вихры под форменной фуражкой, то ли просто почесать затылок, но эти судорожные копания в собственных волосах заняли у него не менее целой минуты. Терпеливо дождавшись пока участковый закончит и с улыбкой водрузит обратно на голову форменную фуражку, Николай и Иван Игоревич старательно прожигали взглядом огнеупорного служивого. Видимо решив, что теперь то его внешний вид полностью отвечает канонам Александра Рогова он снова продолжил:

– Жена, значиться, Альбина Андреевна. Домохозяйка. В смысле нигде не работает, дома сидит. Ага. Характеризуется редкой стервозностью, любопытством и склочным характером. Сук** еще та в общем. Извиняюсь, соседями характеризуется как нехороший человек, значиться.

Николаю стоило больших трудов и огромного количества нервных клеток чтобы промолчать и не высказать подполковнику, что он думает о такого рода подчиненных. Посмотрев на начавшего наливаться нездоровой краснотой лицо последнего, старший следователь молча взял папку и быстро пробежав глазами по распечатанному листу, продолжил уже сам.

– Имеется сын. Единственный, несовершеннолетний, пятнадцати лет. Учился здесь же в Барвихинской школе. Болен ожирением третьей степени и всеми сопутствующими заболеваниями. Неоднократно замечен в хулиганских действиях, имеется несколько приводов. Стоит на учете. Характеристики со школы правда положительные, но я так понимаю это норма для вашего района. Теперь по делу…

Закрыв папку с единственным листом, он с вопросом посмотрел на местного следователя, как бы приглашая его принять участие в диалоге. Тот поняв намек, протяжно вздохнул и видимо припомнив не так давно закончившийся допрос, начал свой рассказ:

– Тело подростка обнаружил слесарь, который был записан на четыре, пять часов вечера. Кран в одной из ванн подтекал, вот и вызвали его вчера, записав на сегодня. Подростка он обнаружил на кухне и тут же позвонил в местную охрану. Те, в свою очередь убедившись что слесарь не врет, уже набрали наше отделение. Ну а оттуда дежурный позвонил Дмитриевичу, то есть участковому. Он тут рядом живет, минут десять ходьбы. Дмитрич отреагировал и поспешил на вызов. Войдя в дом и увидев труп подростка перезвонил дежурному и тот вызвал оперативную группу.

– Так… – стимулировал его Николай, стараясь ускорить процесс рождения истины.

– Ну а мы уже обнаружили его родителей в собственной спальне на втором этаже. Все три тела лежат на полу в лужах крови. Криминалисты сейчас там работают. Пока все.

– Не густо…– подобрав наиболее нейтральные из лезущих на язык слов констатировал Николай, а следователь словно подтверждая высказанное мнение, пожал плечами как буд-то говоря «Чем богаты…».

Решив больше не испытывать свою психику на прочность, старший следователь вернул папку обратно участковому, а сам направился в дом. Быстро надев бахилы и перчатки он прошел не останавливаясь прихожую и гостиную, откуда небольшая анфилада с почему-то кривыми зеркалами вела на кухню. С той стороны как раз был слышен негромкий голос Сэма.

– Что тут у тебя? – подойдя и дав возможность последнему заметить его, поинтересовался следователь. При этом он сразу же подошел в плотную к месту расположения мертвого тела подростка.

Грузный, если не сказать толстый мальчик, лежал на полу странно вывернув руки и ноги. Создавалось впечатление, что перед смертью его голой спиной положили на раскаленную сковородку и постепенно поднимая температуру старались зажарить. От этой участи безуспешно пытающийся избавиться Руслан Овечкин выгибался дугой и чуть ли не становясь на логову. Приглядевшись к его повернутому лицу, Николай обратил внимание на его глаза. Левый глаз закатился под самое веко, а само лицо было обезображено страшной посмертной маской злобы.

– Это точно наш случай. – отозвался Сэм – Я пока осмотрел только тело подростка, но сразу могу подтвердить наличие остаточного электро-магнитного излучения. Кроме того те же признаки «потения кровью», их я частично стер с затылка чтобы убедиться в отсутствии капиллярных изменений в дерме. А вот чуть дальше, в самом центре кухни присутствует пентаграмма. Но знаете Николай, есть и отличия.

– Какие? – сил смотреть на обезображенное смертью тело подростка не осталось. Смерть и так всегда выглядит неприятно, но особенно противоречивые чувства она вызвала у Николая, когда внезапно настигала детей. Описать такое словами было трудно и старший следователь, не став испытывать границы своих возможностей перешел к осмотру пентаграммы.