Читаем Лютер полностью

Католическая Церковь веровала в пользу добрых дел и в числе своих догматов защищала двойной принцип, в соответствии с которым человек наделен волей, пусть и ослабленной первородным грехом, а значит, обладает возможностью выбора между добром и злом; Бог, дарующий спасение, принимает во внимание наши усилия к добру, свидетельствующие о действительной любви к Нему. Поэтому в вопросе вероисповедания католицизм настаивает на свободном волеизъявлении каждого христианина. Но помимо учения католическая Церковь имела за своими плечами еще и богатую традицию реальной, конкретной святости, воплощенную в образах многочисленных мужчин, женщин, детей, душой и телом преданных Богу. Именно они, строя свою жизнь на принципах чистоты, покаяния, смирения, терпения и действенного милосердия, служили лучшим доказательством истинности учения. В то же время церковные иерархи не могли не понимать, что взрыв, закончившийся расколом христианства, вызван именно скандальным поведением слишком многих служителей Церкви. Мало того, одна из образовавшихся в результате раскола половин прежде единой Церкви продолжала дробиться, грозя в самом ближайшем будущем превратиться в калейдоскоп сект и толков, совершенно чуждых друг другу. О том, что Реформа назрела, понимали все религиозные деятели, и эта Реформа должна была восстановить основы раннехристианской святости, именно той святости, что проповедовал своим ученикам Христос.

Движение католической Церкви за внутреннее очищение и обретение былого достоинства получило в классической традиции наименование Контрреформации, иначе говоря, явления, направленного на уничтожение результатов Реформы, проведенной Лютером. Нам этот термин представляется некорректным, поскольку он лишь частично и далеко не исчерпывающе отражает суть происходивших событий. Католическая реформа готовилась на протяжении целого века и вне зависимости от возникновения протестантской ереси. Вдохновляемая своим собственным идеалом, Церковь стремилась не к отрицанию чего бы то ни было, не к борьбе против того или иного явления, но прежде всего к обретению своего истинного лика, который соответствовал бы ее исконной высокой миссии. Агрессивно-негативный оттенок приставки «контр-» совершенно не отвечает ни планам, которые вынашивало церковное руководство, ни тем более конкретным мерам, предпринятым католическими реформаторами. Учение Лютера и в самом деле явилось для участников Тридентского собора превосходным предлогом, позволившим уточнить догматы о грехе, благодати и таинствах; святые отцы и в самом деле переживали как личное унижение ту готовность, с какой дети Матери-Церкви покидали ее лоно ради чуждых объятий грубой мачехи, — и они потребовали восстановления в собственных рядах самой суровой дисциплины. Однако предлог — это еще не причина. Причина же была прежней, то есть той самой, что вызвала к жизни и все предыдущие реформы, — возвращение Церкви ее истинного лика, лика Иисуса Христа.

Папа Павел III повел свой корабль к цели наперекор всем бурям и штормам. А бури и штормы разыгрались нешуточные. Во-первых, любым переменам решительно противились те недостойные представители духовенства, которые категорически не желали лишаться привычных преимуществ вольной жизни, практически ничем не отличавшейся от светской. Во-вторых, имело место политическое сопротивление ряда суверенов, либо боявшихся ссориться с протестантами, либо радовавшихся любым неприятностям, осложнявшим жизнь римской курии. Раздумывая о выборе места для проведения будущего собора, папа колебался. Он не хотел проводить собор в Германии, где неизбежно попал бы под давление со стороны лютеран и солидарных с ними князей, но не мог перенести его и на Итальянский полуостров, потому что это вызвало бы острое недовольство немцев. Еще на Нюрнбергском рейхстаге 1522 года нунций Кьерегати пообещал, что собор состоится на германской земле. Расширительное толкование этого понятия помогло подыскать место, равно приемлемое для всех. Кандидатуру города Тренто[30], расположенного в Тироле, предложил еще папа Адриан VI, и Карл V одобрил этот выбор. Тренто считался немецким городом, хотя население его говорило по-итальянски. Но Климент VII отказался от идеи проведения собора, считая, что в разгар кризиса, переживаемого Церковью, это бессмысленно. Сыграла свою отрицательную роль и непрекращавшаяся вражда между Карлом V и Франциском I.