Понтер подошёл к синему кольцу, а потом одним гигантским шагом переступил в мир глексенов. В конце туннеля он теперь видел дальнюю стену камеры нейтринного детектора, на довольно большом расстоянии. Ему понадобилось всего несколько тактов, чтобы добраться до края туннеля, который, благодаря тому, что Дерн с Адекором удерживали другой конец, лишь немного провисал под весом Понтера.

Понтер высунул голову из трубы и посмотрел на глексенов далеко внизу; он знал, что его лицо расплылось в широчайшей улыбке. Он произнёс несколько слов, и Хак воспроизвёл перевод с максимальной громкостью, на которую был способен его встроенный динамик.

— Кто-нибудь, принесите, пожалуйста, лестницу!

Глава 10

На самом деле лестницу можно было взять с собой с той стороны, но её было бы весьма неудобно тащить через тесные помещения лаборатории квантовых вычислений. Поэтому он предпочёл дождаться, пока глексены принесут её с дальней стороны детекторной камеры. Похоже, это была та самая лестница, по которой Понтер карабкался в прошлый раз, когда возвращался домой.

Потребовалось несколько попыток, но в конце концов лестница опёрлась о край деркеровой трубы, торчащей, с точки зрения глексенов, прямо из воздуха.

Позади себя Понтер видел, как Дерн и Адекор с помощью специального инструмента прикрепляют свой конец трубы к гранитному полу вычислительной камеры.

Когда лестница была установлена, Понтер вернулся по трубе назад, и Дерн с Адекором получили возможность пройти туда, где он только что стоял. Несколько мгновений они разглядывали детекторную камеру и существ из иного мира, а потом принялись за работу, крепко привязав верхнюю часть лестницы к краю деркеровой трубы. Понтер слышал, как Адекор, работая, снова и снова повторяет «невероятно, невероятно».

Наконец, Дерн и Адекор вернулись на свой край трубы, и по ней прошли Понтер и посол Прат. Понтер повернулся спиной и стал осторожно спускаться по лестнице на пол детекторной камеры. В самом низу он почувствовал у себя на плечах руки глексенов, помогающих ему сойти с лестницы. Он опустил ноги на каменный пол и повернулся.

— С возвращением! — сказал один из глексенов; Хак перевёл его слова для Понтера через кохлеарные импланты.

— Спасибо, — ответил Понтер. Он оглядел окружающие его лица, но никого не узнал. Это было неудивительно: даже если они вызвали кого-то сразу же, как только увидели зонд, этот человек ещё не успел бы добраться досюда с поверхности.

Понтер отошёл от лестницы и поднял голову к створу трубы. Он помахал Пратт и крикнул:

— Спускайтесь вниз!

Посол повернулась спиной и начала спускаться.

— Глядите, глядите! — воскликнул один из глексенов. — Неандертальская леди!

— Это Тукана Прат, — объяснил Понтер. — Она — наш посол в вашем мире.

Тукана встала на пол и повернулась. Отряхнула ладони от покрывавшей лестницу пыли. Глексен — один из темнокожих мужчин — выступил вперёд. Он явно не знал, что делать, но через мгновение он поклонился Тукане и сказал:

— Добро пожаловать в Канаду, мэм.

Возложив задачу перевода полностью на Хака, приходилось мириться с его не всегда уместным чувством юмора.

— Мы собирались попросить отвести нас к вашей лестнице, — сказал Хак через внешний динамик, — но я вижу, что вы это уже сделали.[16]

Понтер в достаточной степени понимал язык глексенов, чтобы сообразить, что происходит. Ох хлопнул себя по левому предплечью.

— Ай! — вскрикнул Хак через кохлеарный имплант. Потом, через динамик: — Простите. Я хотел сказать, «Отведите нас к вашему начальству».

Темнокожий мужчина, который вышел вперёд, сказал:

— Э-э… я Гас Хорнби; я тут главный инженер. И мы уже позвонили в Оттаву доктору Ма — она директор обсерватории. Она будет здесь ещё сегодня, если потребуется.

— Мэре Воган ещё где-то здесь?

— Мэре? А, Мэри. Профессор Воган. Нет, она уехала.

— Лу Бенуа?

— Вы про Луизу? Она тоже уехала.

— Тогда Рубен Монтего?

— Здешний доктор? Конечно, его можно сюда вызвать.

— На самом деле, — сказал Понтер посредством динамика Хака, — мы бы предпочли подняться наверх.

— Э-э… конечно, — сказал Хорнби. Он посмотрел вверх, на торчащий из ниоткуда туннель. — Вы полагаете, он останется открыт?

Понтер кивнул.

— Мы очень надеемся.

— То есть вы можете просто уйти на… на свою сторону? — сказал один из глексенов.

— Да.

— А можно взглянуть? — спросил тот же самый глексен со светлой кожей, оранжевыми волосами и глазами цвета неба.

Понтер посмотрел на Тукану, Тукана посмотрела на Понтера. Потом Тукана ответила:

— Моё правительство хотело бы встретиться с кем-либо, кто может говорить от имени всего вашего народа.

— О, — сказал оранжевоволосый глексен. — Не со мной, конечно…

Понтер и Тукана пересекли гигантскую каверну, сопровождаемые толпой глексенов. Сегменты акриловой сферы, занимавшей прежде центральную часть каверны, теперь были сложены штабелями вдоль её изогнутых стен, и бесчисленные фотоумножительные трубки также были собраны в одном месте.