Читаем Люди Радуги полностью

— Давайте без угроз. Думаю, и у меня есть чем вам ответить. Начнем с того, что ваше положение на вершине пирамиды власти не так уж и стабильно. Последние новости говорят о начале чуть ли не гражданской войны в вашей стране. Так что, может быть, через какое-то время, я буду решать свои вопросы с вашим приемником, — продолжая подливать масла в огонь, произнес Жан.

На секунду замерший, Ферронтино полностью выдал себя. Теперь было понятно, что происходящее в его стране не просто очередной бунт наглых бандитов или что-то подобное. А крупномасштабная акция, угрожающая его правлению. Так что, теперь стоило додавливать.

— Но я вижу и решение вашей проблемы. Конечно, дело не обойдется без применения физического насилия и, конечно же, человеческих жертв. Хотя, думаю там и так уже трупов достаточно. В общем, у меня есть влиятельные друзья в нескольких мировых сообществах. И они могут поддержать существующий политический строй, то есть вас, вводом миротворческих военных сил. А со своей стороны я могу обеспечить мощнейшее финансовое вливание в вашу хрупкую экономику. Думаю, вы сами решите, куда потом направить эти средства. И, естественно, информационная подоплека всего происходящего в вашей стране будет показывать вас как мудрого и сильного правителя, помогающего простому народу подняться с колен. Так что, все карты вам в руки. Теперь вы решайте, — закончил свою речь Дьор, внутренне ощущая, что стоит на пороге победы в этой битве красноречия и реальности.

— Вижу, и вы хорошо подготовились к нашей встрече. Спорить сейчас смысла нет, но и идти у вас на поводу я тоже не изъявляю большого желания. Ситуация в моей стране не такая уж критичная, как вы описываете. Так что, думаю, на сегодня наше общение закончено. До свидания, — мрачно закончил Ферронтино.

Разочарованный Дьор понял, что аудиенция подошла к концу. Причем не с столь благоприятными результатами, как он рассчитывал. Но сейчас действительно нужно дать передышку, причем больше для того, чтобы этот «правитель» осознал всю тяжесть проблемы в своём государстве.

— Ну что ж, не буду навязываться. Уверен, что вы потом сами захотите продолжить нашу беседу, — немного пренебрежительно произнес Жан и, коротко кивнув, вышел из кабинета.