— Как вы можете сразу после такого как ни в чем не бывало говорить о делах? С вами точно все нормально? Вы не спятили?

— Ты, должно быть, недавно в наших краях?

— Только что пришел.

— Я так и подумал. Трой, это Краймор, здесь почти все такие. Едва выскочив из одной переделки, надо успеть что-то провернуть до того, как угодишь в следующую. Так и живем — быстро и нескучно. Может, в наших краях и скучновато, но, как видишь, не всегда, кровь в жилах не застаивается. Тебе здесь понравится, чую добротную крайморскую жилку, быстро свыкнешься с нашими веселыми нравами. Ну так как, у тебя нет принципиальных возражений по поводу нашей сделки?

— Трой! Не слушай этого мошенника! Давай через меня провернем, озолотишься! — не унимался Трульв, все так же заглядывая в окно.

Священник, поднявшись, приблизился к Трульву и жестко произнес:

— Знаешь, что я хочу сделать?

— Что?

— Много чего. Очень много. Лучше тебе не знать. Лучше договорись прямо сейчас с нужными людьми. Две лодки и четыре человека команды. Ты все понял? У Троя теперь есть не только амулет, но и деньги. И ты прекрасно понимаешь, что еще до рассвета вся округа будет знать, что этот мальчишка разделался со стаей кровососов, которая собиралась прикончить всех, кто был в этот вечер в таверне. После такого его авторитет взлетит до небес, уж не сомневайся, здесь иначе быть не может, это ведь Краймор.

— Но…

— И никаких «но»! Или я передумаю умирать и займусь тем, что всей округе, всем ближним и дальним деревням, всем лагерям лесорубов и даже в городе расскажу, что ты, Мардаерий Трульв, жидко гадил в штаны в тот момент, когда зеленый мальчишка, которому ты отказал в помощи, сражался за тебя с тройкой кровососов. Спасал человека, который цинично отказался помочь выручить его друзей. Я даже не поленюсь письма за море написать, пусть весь мир узнает о том, кто ты есть. Ну так как, у тебя остались вопросы?

— Всего один: сколько именно у Троя денег?

Глава 32

Морской безумец

Трульв, громко стуча каблуками по доскам причала, на ходу торопливо инструктировал Троя:

— Псегрест — лучший лодочник на всем побережье Западного Рога. Но только ни в коем случае не вздумай называть его по имени. Просто Соленый — так к нему должны обращаться те, с кем он не ходит в море. Настоящее имя — только для морских братьев. А может, просто не любит его, почем мне знать?

— Он согласится?

— Не знаю, он непредсказуем. Никого упрямее его Краймор не видел, и никто не знает, что этому чурбану завтра в голову взбредет.

— И это ваш лучший лодочник?

— Лучший из всех.

— Мне он не кажется надежным.

— Если Соленый сказал, так оно и будет. Слово его крепкое. Вот только это слово сперва надо из него как-то вытащить. И вообще, держись поосторожнее с ним. Он грубый человек, необузданный, никаких манер и авторитетов для него не существует, со всеми говорит одинаково нахально. Но он лучший, это у него не отнять. Даже злейшие конкуренты признают. И ты это… Если у нас выгорит, ты не забудь как-нибудь ему намекнуть, что Трульв твой приятель и лично рекомендовал тебе Псегреста как лучшего морехода Краймора. Мало ли, вдруг мне еще какие-нибудь дела через него проворачиваться придется. У нас только о тебе после случившегося все и говорят, не жадничай делиться славой с теми, кто тебе помогает. Если тебя уважают, их тоже будут уважать, а на землях Краймора уважительное отношение поважнее любых денег. Я помогаю тебе, ты помогай мне, и все довольны, так и надо жить.

Приблизились к длинной лодке с высокими бортами. Дно ее невозможно разглядеть из-за толстого слоя серебристой рыбы: некрупная, тело непропорционально узкое, нос заострен, будто копейный наконечник. Двое голых по пояс мужчин, загорелых до такого состояния, что северянин Драмиррес рядом с ними смотрелся не темнее белокожей Миллиндры, укладывали улов в деревянные ведра, передавая их затем на причал, где еще один прожаренный солнцем грузчик ссыпал его в пузатую бочку.

Четвертый мужчина стоял чуть в сторонке, сложив руки перед грудью. Тоже загорелый, но полностью одет, причем не в дешевое тряпье, но и без излишеств — просто добротные вещи. Невысокий — Трой с ним на равных, коренастый, рыжая всклокоченная борода спускается почти до живота, лицо заросло так сильно, что едва глаза виднеются.

Трой не удивился, когда Трульв обратился именно к нему — главнее его на причале явно никого нет:

— Приветствую, Соленый.

— И тебе привет, Трульв.

— Вижу, вы нарвались на богатый косяк стриги?

— Не то слово, — кивнул бородач. — Ее было так много, что нам приходилось отодвигать рыбу, чтобы зачерпнуть ведро воды. Выбирали только икряную, самцы нам ни к чему.

— Тебе всегда сопутствует удача, море уважает таких, как ты, лучшего моряка Краймор еще не видел. — Трульв лебезил так примитивно, что рядом с ним противно было находиться.

— А это что за черноголовый скворец нахохлился рядом с тобой? — без интереса спросил Соленый.

— Это? Это Трой, он как раз хотел с тобой поговорить.