Читаем Люди пепла полностью

— А… понял. Вообще-то это не амулет — просто пеплоуказатель. Магическое устройство. Это ценная вещица, но, увы, не настолько. Боюсь, что даже два таких амулета не заставят наших мужчин отправиться в сторону Чечевицы. Они к ней не приближаются, слишком далеко и опасно. В морском деле я для них не авторитет, а тебя вообще никто не знает. Мы не сможем их убедить ни за какие деньги. Тебе нечего здесь делать, надо добираться до города и там искать представителя конклава. Ну, или обращаться напрямую в канцелярию епископа.

— Они помогут?

— Откровенно говоря, сильно сомневаюсь. Рашмеры частенько попадают в опасные передряги, и очень редко ради них устраивают дальние спасательные экспедиции. Настолько редко, что по пальцам одной руки можно пересчитать. Это ведь Краймор, в такой экспедиции можно потерять куда больше людей, чем спасешь. Получается, нет смысла.

— Тогда какой мне резон идти в город, если там никто не поможет?

— Там все же куда больше возможностей.

— И далеко отсюда до города? Сколько дней уйдет на дорогу?

— Это зависит от многого. Мы тут на самом отшибе, трудно подгадать. Бывает, при хорошем ветре и за три дня доходят, а случается, и неделю болтаются. Сушей еще дальше, да и опасно местами.

— У меня нет на это времени, мои товарищи не дождутся, пошлют другого. А он не дойдет, слишком опасные места по пути. Я несколько раз был на волоске от смерти, выжил случайно, не всем так везет. Надо что-то решать прямо здесь. Может, меч? Он, должно быть, стоит дороже амулета.

— Трой, прости, что не сказал, но не надо ни к кому даже прикасаться этим мечом. Даже ножнами.

— Почему?

— С ним явно что-то неладно. Не знаю что и не понимаю, как ты сумел его взять и при этом уцелеть, но для других такой предмет может быть очень опасным. Очень. Древняя магия, в том числе и защитная, это вижу даже я, не специалист. Здесь все знают, чем могут угрожать такие вещи. Хотя, соблазн, конечно, велик… Лучше не показывай его вообще. Не извлекай из ножен. Не вводи людей во искушение. Они не бедны и не богаты, живут простой и честной жизнью, им всего хватает и не надо лишнего.

— То есть за этот меч я лодки не найму?

— Не удивлюсь, если за него можно нанять целый флот. И еще меньше удивлюсь, если ты сгинешь бесследно при попытке продать такое оружие. Краймор частенько бывает жесток с легкомысленными.

Трой приуныл, но тут же вспомнил еще кое о чем и, достав из кармана комок шкуры, развернул, протянул священнику:

— Случайно не знаете, может, эта штука чего-то стоит? Все, что осталось от твари, которая жила в гробнице, более уродливого чудовища я в жизни не видел. Выглядит интересно.

Священник, прищурившись, уставился на бесформенный зеленоватый комок, затем осторожно к нему притронулся кончиком пальца и, охнув, ухватился за сердце.

— Что с вами?! — напрягся Трой. — Может, надо выпить микстуру?! Сердечную?!

Старик, шумно задышав, покачал головой, предсмертным голосом ответил:

— Нет, Трой, микстура мне сейчас не поможет. Тут нужно кое-что получше… — Дыхание священника внезапно успокоилось, а глаза хитро забегали, и он продолжил голосом со вкрадчивыми интонациями: — Ты случайно не хочешь выпить вина?

— Нет, мне не нужно вино. Мне нужно решить вопрос с экспедицией за товарищами. И решить как можно быстрее, они не могут долго ждать.

— А жаль, вино ведь многое упрощает.

— Не в моем случае. Так что с этой штукой? Ее можно продать?

Тот ответил непонятно.

— Ну раз такие дела, то одну сегодня позволить можно. Всего-то одну, совсем без нее никак не обойтись, голова отказывается думать, слишком много на меня свалилось за один вечер.

— Вы о чем вообще?

— Посиди минутку, мне надо кое-что сделать, и это не терпит.

С этими словами священник поднялся и, шаркая втрое пуще прежнего, направился к алтарю. Тяжело присел за ним, вздыхая и охая, начал там в чем-то копаться. Звякнуло стекло, затем по церкви разнеслось отчетливое бульканье. Старик склонился еще ниже, так, что Трой теперь мог видеть лишь его макушку, но это продолжалось недолго. Распрямился, вытер рот рукавом, направился обратно.

И странное дело, ни разу при этом не шаркнул о пол. И вообще двигался куда резвее и плечи распрямил. Даже в росте прибавил, перестав сутулиться.

Да он будто лет на двадцать помолодел.

Присев на скамью, уставился на Троя бодрыми глазами, без тени прежней безжизненности вкрадчиво поинтересовался:

— Ты знаешь, что за предмет сейчас лежит на твоей ладони?

— Я же сказал, что эта штука осталась от твари, которая чуть не прикончила меня в гробнице. Она не похожа на животное, это какая-то помесь летающей медузы со стрекозой. У нее даже ног не было, будто парила над полом.

— И светилась во мраке…

— Да, именно так.

— То есть ты не знаешь, что держишь в руке душу призрачного жнеца?

— Жнеца? То-то у него серпы болтались, удачное название.

— Серпы?! Так ты видел жнеца живым?! — Старик ухитрился подпрыгнуть в сидячем положении.

— Да как вас. До жути уродливая тварь. Говорю же — летала, не касаясь земли, я хорошо рассмотрел.