Читаем Любовь в преисподней полностью

«За успех моей нынешней операции!» – мысленно сказала Лиза. Как вскоре выяснилось, у Натали были другие планы. Она предложила Лизе посмотреть по видику какой-то хит сезона. Английский фильм без крови и насилия. С великолепными интерьерами и нарядами. Лиза прореагировала с бурной радостью. Она подпрыгнула на стуле и зааплодировала.

– Я чувствую, что мы с тобой проживем это лето душа в душу, – с ласковой улыбкой заметила Натали.

А вскоре ее стало неудержимо клонить ко сну…

На экране видика мелькали благородные лица английских аристократов, влюбленных в широкоскулых деревенских простушек, но бабуля уже не могла насладиться их трогательными эротическими играми. Она засыпала.

– Знаешь, весенний зараевский воздух пошел мне на пользу, – сказала Натали, направляясь в спальню. – В Москве меня замучила бессонница, а здесь – пожалуйте вам! Не могу досмотреть такую прелесть!

– Жаль, – с глубокой искренностью в голосе заметила Лиза. – Мне кажется, этот актер – герой твоего романа!

– Да, очень сексапилен… – Последовал вздох. – Ну ничего, я досмотрю завтра. Наслаждайся без меня.

Лиза сомневалась в том, что грядущий час принесет ей слишком уж большое наслаждение…

Когда бабуля захрапела в соседней комнате, она выключила видик и потихоньку спустилась вниз, в «гостевую». Там у нее был припасен старый спортивный костюм, синий с лиловым, на байке. И вязаная коричневая шапочка. Лиза быстро натянула на себя эту «камуфляжную форму», которая сделает ее почти незаметной на фоне темных дач и деревьев. Она прекрасно осознавала все опасности предстоящего визита без приглашения. Если Мария Васильевна застукает ее на «месте преступления», то чудовищно пострадает Лизина репутация. По Зараево и без того порхали слухи о «привидениях», которые воруют в подвалах банки с вареньем и с соленьями. А вместо этого оставляют на месте преступления свои фекалии. Лиза вздрогнула при мысли о том, что могут порассказать о Леонтьевой-младшей зараевцы, если Рюмина-старшая застанет ее в Лесиной комнате.

«Надо пренебречь опасениями о непорочности своего имиджа. Эти опасения – свидетельство эгоизма. Меня ведет вперед долг, и цель моя – очень благородна».

Данный психологический тренинг укрепил Лизин дух. Успокаивало и то, что дача Рюминых была спланирована точно также, как и дача Леонтьевых. Прекрасная ориентировка на местности сулила успех. Лиза не знала, сумеет ли отыскать в Лесиной комнате «кассету с гадостями» и медальон. Даже если сумеет, принесут ли ей эти вещи хоть частицу нужной информации? Продвинут ли ее по пути раскрытия преступления? Да и было ли преступление спланировано? Или все-таки наезд «джипа» на Лесю – извечная «трагедия цивилизации»?

У Лизы не было ответа на эти вопросы, и поэтому она крадучись продвигалась вдоль зараевских заборов. Уже стемнело, но в некоторых домах горели окна, и Лиза старалась не попадать в эти столбы света. Конечно, в случае успеха операции никто ничего не узнает. А если провал? Тогда сразу найдутся кумушки, которые заметили Леонтьеву-младшую и узнали ее старый спортивный костюм. Более того, видели, что она поздним вечером пряталась от взоров честных людей. Только влипни – потом не отмоешься.

Дача Рюминых возвышалась темной громадой. «Как загадочный „Летучий голландец“ в мрачном океане», – без восторга подумала Лиза. Ассоциация с таинственным кораблем не принесла утешения.

В доме не горело ни единого огонька. Но это еще не значило, что обстоятельства благоприятствуют Лизе. Мария Васильевна вполне могла пролеживать ночи напролет с открытыми и не спать. Если бы Лиза раньше сумела установить с ней теплые отношения, то наилучшим выходом было бы все то же снотворное. Пара бокалов чая с пирожками, тихий вечерний разговор, и дело в шляпе! Но судьба всегда выбирала для Лизы самую тернистую тропинку. Ничего не поделаешь. Таково сыскное дело. Даже если ты занимаешься им по личной инициативе.

Она обдумала все детали операции. Парадный вход не для таких гостей, как Лиза. Для нее – дверь из кухни, так называемый черный вход. С отроческих лет Лиза помнила, что Рюмины запирали его всего лишь на крючок. Пригнувшись, Лиза проскользнула в калитку и мягко, по-кошачьи, достигла кухонной двери. Несмотря на суровые времена, Мария Васильевна не только не осталась верна привычке, но теперь пренебрегала даже крючком. Дверь была прикрыта, но не заперта. Видимо, на Рюмину-старшую повлияла смерть дочери. После такого испытания Мария Васильевна считала, что ей уже нечего терять.

Все складывалось великолепно. Теперь Лизе предстояло осторожно подняться по лестнице на второй этаж. Деревянные лестницы Зараево поскрипывали. В случае неудачного шага могла насторожиться толстая Фиджи. Правда, любому бдению кошка предпочитала постоянную дрему, но все равно ее следовало опасаться. Чутье животных, как ни крути, тоньше человеческого. Да и Мария Васильевна могла преподнести сюрпризы.