– Вот как? Интересно!.. Но все равно, не делайте, пожалуйста, попытки уйти из дому. Договорились?

– Почему вы решили, что я хочу уйти?

Здесь я у себя дома не так ли? И совсем не хочу, чтобы меня выгнал отсюда какой-то гладиатор в шутовском наряде…

Я пытался понять, что у нее на уме, но ничего не получалось. Может быть, она спокойна только потому, что сюда должен кто-то прийти? И знает, что мне одному с ними не справиться… Но как бы то ни было, а придется запастись терпением и ждать. Другого выхода у меня не было.

Глава 3

Сильный порыв ветра ударил так, что дом задрожал. По стеклам снова побежали струйки дождя. Было начало пятого, а в шесть уже стемнеет. Я слышал, как постукивал висячий замок, когда порывы ветра били по гаражу. Сузи Петтон сидела у маленького столика и спокойно молча курила.

– Если верить тому, что написано в газете, – наконец произнесла она, – вы – моряк торгового флота.

– Угу… – буркнул я. – Служил лейтенантом на нефтеналивном судне.

– Тогда не понимаю, зачем вам понадобилось убивать полицейского? На преступника вы не похожи.

– У меня были с ним личные счеты.

А это не имеет ничего общего с его профессией.

– И вы прямо вот так отправились к нему, чтобы убить?

– Нет.

– Тогда почему же его убили?

– А я его не убивал.

– Что?!

Снаружи послышался шум автомобиля. Я подбежал к окну: неподалеку снова показалась полицейская машина. Интенсивно работая «дворниками», она проехала мимо дома и вскоре вернулась. Сердце мое бешено заколотилось. Однако, немного постояв, полицейские уехали. Сузи сказала что-то, но я не расслышал, что именно.

– О чем вы? – обернулся я к ней.

– Я спросила: «Это полиция?»

– Да.

– Но почему же вы так волнуетесь?

У них нет никаких оснований заходить в мой дом.

Я рассказал ей об их утреннем визите.

– Поэтому, если они увидят, что ваша машина в гараже, могут проверить, все ли тут в порядке.

– Ах, вот оно что! Значит, и затопить камин мы не можем именно по той же причине?

– Ну конечно!

– А как вы поступите, если они все-таки придут?

Я пожал плечами:

– Откуда мне знать? Во всяком случае, если вы им не откроете, они решат, что здесь что-то неладно, и взломают дверь. К тому же они подозревают, что у меня револьвер.

Я снова ощупал одежду: костюм был еще сырой. А когда повернулся к Сузи, увидел, что она как-то странно смотрит на меня. Однако сразу же отвела глаза.

Я уже не первый раз ловил ее изучающий взгляд на себе, и мне безумно захотелось узнать, о чем она думает.

– Вы были вооружены, когда пошли к этому инспектору?

– Нет.

– Пьяны?

– Выпил пять или шесть рюмок для храбрости.

– Но вы знали, что он вооружен? Ведь у всех полицейских есть оружие.

– Конечно, – ответил я с некоторым раздражением. – Но в то время совсем не думал об этом. Мне хотелось только одного: набить ему морду… – Я подумал, что человеку, попавшему в мое положение, наверное, самое время исповедоваться.

Она задумчиво покачала головой:

– Мне кажется, газеты писали, что смерть наступила от ножевой раны. А чей же это был нож? Ваш?

– Откуда мне знать… я его не видел.

– Вы что, смеетесь надо мной?

– Я говорю совершенно серьезно. Или вы решили, что перспектива сесть на электрический стул разбудила во мне клоуна?

– Избавьте меня, пожалуйста, от вашего сарказма. Я ведь силой вас здесь не держу. – Сузи уселась в кресло и показала мне на диван. – Лучше сядьте и расскажите подробно, как все это произошло.

– Неужели вас это интересует?

– Я сама пока не знаю. Но коли нам суждено провести вместе какое-то время, то уж лучше о чем-нибудь говорить, чем молчать.

Я сел и снова закурил. Нас разделял низенький столик.

– У меня еще раньше были неприятности с этим негодяем. Две недели назад я пообещал расправиться с ним, если он не прекратит свои мерзости. Причем сказал это при свидетелях… Только не говорите сейчас, что все это было глупо с моей стороны. Я и сам знаю. Но подлецы, подобные Стедману, всегда приводят меня в бешенство. Он вечно крутился около смазливых девушек и женщин.

И главным образом рядом с теми, мужья которых часто отсутствовали.

Когда год назад я женился, моя жена пела в кабаре. Сознаюсь, наша супружеская жизнь не была идеальной. Нелегко быть женой моряка. Вот она и не выдержала. В последний приезд я узнал, что она появлялась в обществе Стедмана. Он был холостяк и жил в том же доме, что и мы.