– Как продвигается следствие, лейтенант? – осведомился он после вежливых вопросов о моей ноге и всей этой суете с задержанием Лукаса.

– Оно застыло на мертвой точке, – вынужден был признать я. – Я еще раз прохожу по старым следам – поэтому я опять у вас, мистер Вулф.

– Я понимаю. – Полузакрыв глаза, он принял какое-то решение. – Значит, вы хотите, чтобы я снова изложил вам всю историю, так?

– Да, – ответил я. – Может быть, тогда от меня ускользнула какая-нибудь деталь, а может, она ускользнула и от вас. Что-нибудь незначительное на первый взгляд может оказаться весьма существенным. Вы понимаете, что я хочу сказать?

– Хорошо, лейтенант. Я охотно сделаю все, чтобы помочь вам найти драгоценности. Сейчас идет спор между страховой компанией и мною. Думаю, вы представляете себе, что это такое!

– Конечно, – вежливо сказал я. – Итак, дело началось с того, что Гэроу позвонил вам по телефону?

Вулф скривился, потом стал подробно рассказывать усталым голосом. Я напряженно слушал, но он не сообщил ничего нового.

– Как вел себя Гэроу в тот вечер? Был спокоен? Нервничал?

Ювелир подумал, прежде чем ответить:

– Он нервничал, но это было естественно, ведь этот человек в критическую минуту продавал драгоценности своей жены. С самого начала он настаивал на полной секретности, чтобы в дальнейшем никто не знал об этом.

Сама сделка напоминала сцену из плохого шпионского фильма – встреча двух секретных агентов или что-то в этом роде. Воротник его плаща был поднят, а шляпа надвинута на глаза, он не снял их в офисе. Я хотел спросить, к чему весь этот маскарад, раз мы вдвоем, но воздержался, так как у него явно не было настроения шутить.

– А он много говорил?

– Почти совсем не говорил. – Вулф неодобрительно фыркнул. – Придя, он сказал только: "Я Элберт Джонс". Вы помните это фальшивое имя, о котором мы с ним условились и которое я назвал ночному сторожу.

Потом он положил драгоценности на мой письменный стол, сел и наблюдал за мной, пока я их рассматривал и оценивал. Я пытался завязать разговор, но он отвечал односложно или совсем не отвечал. Когда я убрал драгоценности в сейф и отдал ему положенную сумму, он сунул деньги в карман и пробормотал, что предпочел бы подождать в конторе, пока я не уйду. Вот и все.

– Понятно, – сказал я. – Ну что ж, мистер Вулф, благодарю вас… Надеюсь, мы скоро все-таки проясним это дело.

– Всегда к вашим услугам, лейтенант. – Он устало улыбнулся. – Со своей стороны я могу только пожелать, чтобы все поскорее встало на свои места. Мне очень неприятны эти дрязги со страховой компанией!

Глава 9

Когда я на следующее утро остановил свой "ягуар" перед офисом шерифа, солнце сверкало, как и накануне. Выходя из машины, я с радостью убедился, что некоторые в Пайн-Сити все же знают своих героев в лицо.

Неприметный человечек подкатил ко мне и вежливо осведомился, правда ли, что я лейтенант Уилер.

– Ну конечно я лейтенант Уилер, – ответил я, широко улыбаясь, чтобы ободрить его. – Не робейте, выкладывайте все, что у вас накопилось. Я вас внимательно слушаю.

– Это вам, лейтенант, – неловко пробормотал он и сунул мне в руку сложенный листок бумаги. Он исчез прежде, чем я успел открыть рот и поблагодарить его.

Через пять секунд я уже все понял. Это был посыльный из суда, а бумага, которую он" сунул мне в руку, – повестка в суд, на слушание дела Марвина Лукаса. Я затолкал ее во внутренний карман пиджака и спросил себя, будет ли удачным день, который начался таким образом. Не лучше ли снова сесть в "ягуар" и отправиться домой спать?

Аннабел одарила меня ледяным взглядом, потом посмотрела на стенные часы.

– Десять часов тридцать минут, – бросила она колюче. – Все идет по-прежнему, лейтенант, – вы, как обычно, не торопитесь на работу.

Нападение из-за угла с судебной повесткой истощило мои благородные чувства, поэтому я ответил ей со злой улыбкой:

– А что сегодня прячется у вас под юбкой, мисс Джексон? Что-нибудь скромненькое, например, коленкоровые панталоны до колен?

– В один прекрасный день я убью вас, Уилер, – пробормотала она хрипло. – Я вас на куски разорву собственными руками.

Я протянул, закатив глаза:

– Трусики с красивыми бантиками над коленями!..

– Вы что, никогда теперь не отстанете?! – Она в бешенстве уставилась на меня своими глазищами. – Если хотите знать, это мой брат из Алабамы прислал их мне на день рождения в качестве шутки! Я написала родителям, что они вырастили под своим кровом малолетнего преступника.

– Вы совершенно правы, – согласился я. – Во всяком случае, это самые преступные трусики, какие я видел в жизни. Знаете, стоило мне посмотреть на них, и я почувствовал, что у меня просто сердце в пятки ушло!

– О! – Она вздохнула. – Если бы вы только знали, как я ненавижу Лукаса!

– Лукаса? – непонимающе переспросил я.

– Он оказался таким паршивым стрелком!

Когда я вошел в кабинет Лейверса, его ледяной взгляд напоминал взоры Аннабел.

– Сегодня у меня нет времени для болтовни, – проворчал он. – Если у вас нет других дел, можете убираться!

Я сел, и некоторое время мы с неприязнью смотрели друг на друга. Потом я начал:

– Кстати, вчера…