Читаем Любящее сердце полностью

Когда часы пробили семь вечера, Лизабет одетая в то же платье, которое было на ней в прошлую встречу с его светлостью, стала обеспокоенно прохаживаться в своей спальне. Прислушиваясь, не откроется ли потайная дверь, девушка размышляла, как лучше преподнести герцогу и его брату правду об убийце их сестры, о которой она узнала из дневника. То, что это было сделано по указанию ее светлости, Лорд Стил уже знал, но мотивы преступления были для него покрыты мраком тайны. И как Нортон отреагирует на столь страшную весть, не кинется ли сводить счеты с супругой, тем самым поставив под удар свой уклад жизни, репутацию и положение в обществе? К тому же его светлость наконец-то узнает тайну отцовства Виоллы, почерпнув сведения об этом из дневника и из свидетельств младшего брата. Как он поступит в таком случае, признает за мистером Фрименом право заняться воспитанием и устройством дальнейшей жизни девочки или скроет от того правду? А Джонатан, будет ли разгневан, расстроен или испытает горечь и сожаления от того, что любимая Дженевра скрыла от него правду о своей беременности?

Девушка в нерешительности замерла на месте, раздираемая изнутри переживаниями за трех мужчин, как вдруг услышала тихий скрежет в стене за висящим ковром. Она повернулась к тайному ходу в ожидании. Кто появится первым, Нортон или Вильям?

Когда в проеме тайной двери появился Лорд Стил, девушка улыбнулась, и подошла ближе.

— Я рада, что вы смогли откликнуться на мою просьбу и пришли сегодня, милорд.

Мужчина иронично улыбнулся, и, снимая широкополую шляпу, ответил:

— Милая Лизабет, как я мог не прийти, ведь я так давно вас не видел, что успел уже соскучиться… Опять же вы запретили мне самому появляться, так что получив от вас приглашение, я полетел к вам как на крыльях. К тому же эта последняя фраза в письме "вопрос жизни и смерти" здорово меня напугала.

Он подошел к девушке и поцеловал протянутую ручку. Лизабет пригласила его в гостиную. Войдя в гостиную, Лорд Стил присвистнул, так как она была залита мягким светом от свечей по углам комнаты и пылающего огня в камине. По центру гостиной был накрыт круглый стол, принесенный из столовой комнаты. Запахи и ароматы от стоящих на столе блюд заставили мужчину сглотнуть голодную слюну.

— О, — воскликнул он в восхищении и посмотрел удивленно на девушку, которая смотрела на него каким-то странным взглядом, — Лизабет, вы что, решили меня соблазнить? А это великолепно сервированный стол прилюдие? А как же мое твердое решение не переходить рамки приличия?

Девушка хмыкнула и подумала "ага, как же", вслух ответила с легким смехом:

— Даже и не надейтесь, я не настолько потеряла голову… обратите внимание, что приборов на столе три.

— Три, почему три? А кто третий-то будет… что-то я совсем запутался.

В этот момент дверь из спальни открылась и в гостиную вошел герцог. Он резко остановился, неприятно пораженный открывшейся картиной. В обстановке, располагающей к интимной беседе, рядом с Лизабет находился другой мужчина. Что?! Глаза его полыхнули огнем, и он сердито бросил вместо приветствия:

— Вы пригласили меня сюда специально, что бы заставить ревновать вас, а, Лизабет? Кто этот человек и почему он находится у вас в апартаментах?

Девушка бросила обеспокоенный взгляд поочередно на обоих мужчин. То, что герцог будет не в восторге от срыва его планов соблазнения, она предполагала, но не думала, что настолько. Похоже, Нортон не узнал брата, который в это время явно наслаждался ревностью его светлости, словно это доставляло ему особое удовольствие.

— Здравствуй, — произнес взволнованно Вильям с небольшой заминкой между словами, — брат.

Герцог дернулся, словно от удара, и быстро подошел к говорившему. Впившись взглядом в лицо предполагаемого соперника, он вдруг побледнел, и покачнулся, как если бы увидел привидение.

— Вильям? — голос Нортона дрогнул от неверия в обрушившееся на него счастье. — Ты ли это? Но как? Откуда? Где ты, черт возьми, пропадал целых семь лет?!

Он мощным рывком стиснул Вильяма в объятиях, затем растрепал тому волосы рукой. Отстранив от себя, он жадно вглядывался в его возмужавшее лицо, находя родные черты. Затем широко улыбнулся, и снова обнял взволнованного брата, который тоже был настолько растроган, что его глаза подозрительно заблестели.

— Я боялся, что ты вспоминаешь меня с проклятием на устах, — хрипло произнес Вильям.

— Да, это, правда, было такое, но только я думал, что если бы ты был жив, то смог бы найти способ сообщить мне об этом. И я безумно боялся, что ты покинул эту грешную матушку землю.

— Я все объясню тебе, обещаю. — Ответил младший брат.

Затем мужчины дружно посмотрели на притихшую девушку, которая затаив дыхание наблюдала за ними.

— Значит вот для чего вы пригласили меня на поздний обед, Лизабет, — произнес задумчиво Нортон, проведя рукой по своей шевелюре. — Удивили, нечего сказать… н-да, а я-то уж напридумывал себе бог знает что.

Лизабет пожала плечами и с укором парировала: