Они проболтали полчаса, избегая упоминаний о Кэрол Робертс. Петер и Нора не знали, что Джон Хансен — его пациент, а Макгрейви по какой-то только ему известной причине не сообщил об этом газетным репортерам.

Когда они собрались уходить, Джад попросил Петера задержаться на пару минут и рассказал ему о Харрисоне Бурке.

— Очень жаль, — опечалился Петер. — Направляя его к тебе, я понимал, что болезнь зашла далеко, но надеялся, что еще не все потеряно. Конечно, придется его изолировать. Когда ты собираешься это сделать?

— Как только выберусь отсюда, — ответил Джад, зная, что говорит неправду. Он не хотел отправлять Бурка в лечебницу. По крайней мере не теперь. Сначала он должен выяснить, не совершил ли тот два убийства.

— Если я смогу тебе чем-нибудь помочь, дружище, звони.

И Петер вышел из палаты. А Джад остался лежать, обдумывая создавшуюся ситуацию. Так как не находилось разумного объяснения покушению на его жизнь, напрашивался вывод о том, что это преступление совершил человек с больной психикой, вообразивший, что Джад причинил ему вред. Под эту категорию подпадали двое: Харрисон Бурк и Амос Зиффрен. Если у Бурка не будет алиби на время, когда убили Джона Хансена, он попросит детектива Анджели разобраться, чем занимался Бурк в то злополучное утро. Если у Бурка будет алиби, придется проверить Зиффрена. Депрессия, охватившая Джада после разговора с Макгрейви, постепенно исчезала. Наконец он понял, что надо делать. Ему не терпелось покинуть больницу.

Джад позвонил дежурной сестре и попросил позвать лечащего врача. Через десять минут доктор Сеймур Харрис вошел в палату. Джад давно его знал и испытывал глубокое уважение к его профессиональным способностям.

— Ну, Спящая Красавица пробудилась? Ты ужасно выглядишь.

Джаду уже надоело это слышать.

— Я чувствую себя прекрасно, — заявил он, — и хочу выбраться отсюда.

— Когда?

— Немедленно.

Доктор Харрис укоризненно посмотрел на него.

— Ты же только что сюда попал. Почему бы не побыть здесь несколько дней? Чтобы ты не скучал, я пришлю парочку очаровательных сиделок.

— Благодарю, Сеймур. Но я действительно должен уйти.

— О’кей, — вздохнул Харрис. — Ты, мой милый, врач. Лично я в таком состоянии не разрешил бы вставать даже своему коту. — Он пристально посмотрел на Джада. — Может быть, я могу что-нибудь для тебя сделать?

Тот покачал головой.

— Я пошлю мисс Бедпен за твоей одеждой.

Через полчаса к больнице подъехало такси, заказанное по просьбе Джада. Пятнадцать минут одиннадцатого он приехал на работу.

6

Джад подошел к телефону и набрал номер Девятнадцатого участка. Когда дежурный соединил его с бюро детективов, в трубке раздался бас:

— Лейтенант Макгрейви.

— Детектива Анджели, пожалуйста.

— Подождите.

— Детектив Анджели у телефона, — услышал он минутой позже.

— Джад Стивенс. Я хочу узнать, получили ли вы интересующую нас информацию.

— Я навел справки, — уклончиво ответил Анджели.

— Все, что вы должны сказать: «да» или «нет». — У Джада учащенно забилось сердце. — Зиффрен в лечебнице?

Казалось, прошла вечность, прежде чем Анджели ответил:

— Да, он все еще там.

— О… — волна разочарования захлестнула Джада. — Все ясно.

— Мне очень жаль.

— Благодарю. — И он положил трубку на рычаг.

Значит, оставался Харрисон Бурк, безнадежный шизофреник, уверенный, что все хотят его убить. Мог ли Бурк ударить первым? Джон Хансен вышел из его кабинета без десяти одиннадцать, и через несколько минут его убили. Значит, надо выяснить, где находился Бурк в это время. Джад набрал его рабочий телефон.

— Интернейшнл стил. — Безликий голос, казалось, принадлежал автомату.

— Мистера Харрисона Бурка, пожалуйста.

— Одну минуту.

Джад надеялся, что трубку снимет секретарша. Если Бурк сам подойдет к телефону…

— Кабинет мистера Бурка, — раздался в трубке женский голос.

— Говорит доктор Джад Стивенс. Я хотел бы у вас кое-что выяснить.

— О, конечно, доктор Стивенс. — В голосе слышалось облегчение, смешанное, впрочем, с ожиданием плохих новостей. Она знала, что Джад — психоаналитик Бурка.

— Дело касается счета мистера Бурка… — начал он.

— Его счета? — Девушка не пыталась скрыть своего разочарования.

— Моя секретарша, — быстро продолжил Джад, — она… ну, она больше не работает со мной, и я никак не могу разобраться в ее записях. Она отметила, что мистер Бурк приходил ко мне в понедельников десять тридцать утра, а я этого не помню. Не могли бы вы посмотреть его распорядок на тот день?

— Один момент, — холодно ответила она. Джад легко читал ее мысли. Ее шеф сходит с ума, а психоаналитик думает лишь о том, чтобы получить свои деньги. Через несколько минут она вновь взяла трубку. — Боюсь, ваша секретарша ошиблась, доктор Стивенс. Мистер Бурк не мог прийти к вам в понедельник утром.

— Вы в этом уверены? — продолжал настаивать Джад. — В ее журнале записано с десяти тридцати по…

— Мне все равно, что там записано, доктор, — резко оборвала его секретарша, рассерженная назойливостью Джада. В понедельник утром мистер Бурк проводил совещание. Оно началось в восемь утра.

— Не мог ли он отлучиться на час?