Читаем Лица войны полностью

По поводу Суэцкого канала. Чтобы установить контроль над ним, это же какие нужны силы! И после Эль-Аламейна все фантазии на сей счет закончились.

Не было у немцев хороших шансов в Северной Африке. И Гальдер, начальник Генерального штаба, считал, что это рисковая операция. И, кстати говоря, там ведь с обратным эффектом сработала проблема моторов и горючего. У нас было холодно, а там было все-таки жарковато немножко.

Что касается Саудовской Аравии, то немцы уговаривали Ибн Сауда, чтобы саудиты поддержали их изнутри. И Ибн Сауд, чтобы быть главой всех арабов – а это вообще мечта саудовцев, за немцами не пошел, потому что прекрасно понимал, что такое не позволят англичане. Я думаю, что он даже спекулировал на этих немецких амбициях, чтобы больше получать от англичан и американцев. Кстати говоря, американские советники в Саудовской Аравии появились, по-моему, в самом конце войны. То есть представьте себе, Саудовская Аравия – это не какой-нибудь Абу-Даби сегодня, с небоскребами, а это пустыня. И американцы помыслили стратегически, да еще как! Вот тогда появились первые советники. Я думаю, что это были даже не советники, а просто какие-то военные.

Турки себя вели, в общем, достаточно спокойно. Там, естественно, действовала немецкая разведка, и советская тоже, это описано даже на уровне художественных фильмов и детективов. Но у меня такое ощущение, что турки ждали, кто выиграет. Они играли очень долго, и я считаю, что они выиграли в итоге. Потому что последствия могли быть много хуже. Тем более что турки боялись немцев, не очень-то их любили, потому что для немцев турки – это был остаток очень честолюбивой Османской империи.

А что бы турки получили, если бы они вмешались? Крым? Кстати, там немцы планировали действительно развивать туризм, причем не для кого-нибудь, а для чиновников, для элиты.

Немцы рассчитывали, что какая-то часть населения Крыма уцелеет, и вот там будет и житница, и кузница, и здравница… Немцы думали так: сейчас мы закончим победоносную войну, а потом начнем поднимать и сельское хозяйство, и туризм, и все прочее. Они же до 1942 года верили в блицкриг, это ясно. Особенно после того как у наших были неприятности под Ростовом и под Харьковом, возникло представление, будто поражение под Москвой – это всего лишь случайность. Но уже под Сталинградом все всем стало ясно.

У немцев было несколько мусульманских подразделений. Были те, которые образовались на Кавказе, были сформированные из боснийцев, были туркестанские объединения – много было обиженных мусульман из Советского Союза. У всех у них, за редчайшим исключением, была подсобная роль, только если это не борьба против партизан. Вот тут они действительно помогали, обеспечивали порядок в деревнях. А что касается регулярных военных действий, там были какие-то единицы. Появлялись и власовцы, которые пытались агитировать, но не получилось.