Беседа с Аллой внесла в эту легенду коррективы. Насчёт целей — да те же, что у всех в этом бизнесе: деньги. И Андрей в бытность свою Розеткиным выложил немало своих кровно заработанных за то, чтобы профессионал слепил из него Тока. Однако, поскольку доходы зависят и от качества продукта, втюхиваемого издателю и читателю, литагент должен быть заинтересован в том, чтобы продукт был хоть более или менее приемлем. Так что, сугубо теоретически, он может взять под своё могучее крыло кого-то не слишком денежного, но талантливого.

Почему бы не меня?

Выцыганить емейл розеткинского литагента у Аллы потребовало изрядных усилий: Алла боялась, что явление несанкционированного писателя может отразиться на отношении к ней. В конце концов адрес был получен, но под обещание, что я даже на дыбе не сознаюсь, откуда его взяла. Я охотно обещала.

«Здравствуйте, уважаемый Яков Моисеевич! — так начиналось моё письмо. Неведомый (и так и не увиденный) Моисеевич представлялся близнецом моего Хоттабыча: оба — благодетельные, но и коварные джинны, способные вести в заоблачных сферах тайные диалоги. — Я — начинающий писатель, который ищет литературного агента, и у меня есть надежда, что мы можем оказаться полезны друг другу».

Дальнейший текст состоял из перечисления моих разросшихся к тому времени достижений: публикации… премии на конкурсах… количество читателей… Чтобы сгладить занудность перечня, я постаралась разнообразить его кратким пересказом сюжета, над которым работала. Ну и, конечно, предложить оплату его труда из собственных средств, которые благодаря квартире все же появились.

«Благодарю Вас за то, что Вы нашли время прочесть моё письмо. Если для решения вопроса о сотрудничестве Вам потребуются дополнительные материалы, сообщите, и они будут высланы Вам незамедлительно».

Материалы не потребовались: Хоттабыч номер два на письмо не ответил. Когда — недели через две после отправки — этот факт стал неоспорим, я долго потом гадала: что же было не так? Алла ошиблась в адресе? Джинн не нуждался в новых владельцах ламп? Или я не учла тонкостей языка, на котором общаются с джиннами?

Насчет языка общения — забавный вопрос. Так как я зарегистрирована на разных литературных сайтах, они присылают мне свои рассылки, среди которых изрядную долю занимают тренинги на тему «Как общаться с издательством». Организаторы тренингов сулят объяснить начинающему автору все тонкости написания синопсиса. И ещё — в каких выражениях должно быть составлено письмо. И ещё — через какое время после направления текста в редакцию следует справляться о его судьбе. И ещё — как это лучше делать, письменно или звонком…

Ничего не напоминает, а? Мне так очень. Недаром в своё время платочком повязывалась.

«В храм должно заходить в платочке, мужчины — с непокрытой головой. Как войдешь, трижды перекрестись и поклонись в пояс. Свечу поставь сначала к распятию, потом к Богородице, а потом к Николаю-угоднику, да смотри, чтоб не левой рукой, а то благодать отпугнёшь…»

И кто у нас, спрашивается, после этого издательские работники: боги или жрецы культа? Нет, ну я понимаю, редактору может опостылеть день-деньской читать гигантские простыни, в которых писатели постарались утрясти содержание своих романов. Но ничто вроде бы не препятствует каждому издательству вывесить на сайте правила написания и оформления синопсиса. Их вообще-то не целый вагон; Хоттабыч как-то раз потратил на то, чтобы пересказать мне их, не более пятнадцати минут. Если издательство боится и после этого остаться непонятым, пусть вывесит образец синопсиса в формате. doc, и в этом будет заключаться достаточное послание городу и миру. А с какой ноги ступить в редакцию, да кому там поклониться, да как часто звонить… Ребята, вы и впрямь пытаетесь уверить потенциального вашего автора, что от этого зависит судьба рукописи? А если действительно она у вас именно от этого зависит, а не от того, что собой представляет произведение, то кому вы, к чёрту лысому, нужны? Неискушённый автор, так же как и неискушённый читатель, привык думать, что издательству позарез нужна хорошая книга, и ради того, чтобы её получить, отважный редактор готов вглядеться в присланный текст, даже выглядящий непричёсанно (хрестоматийный, набивший оскомину пример — Андерсен, тот самый, Ханс Кристиан, который писал с жуткими орфографическими ошибками). А так… получается, что не нужны вам ни новые классики, ни авторы бестселлеров, нужны те, кто ваши ритуалы выполняет.

Впрочем, можно короче. Ребята, вам никто не нужен. Кроме проектов; ну, их вы успешно и сами клепаете, зачем вам люди со стороны? Вот истинный подспудный смысл всех ваших тренингов под завлекалочкой «Как общаться с издателями». Сказочке конец, а кто понял, молодец. Тот, кто отдал свои кровные за эту простую истину, тоже молодец: по крайней мере, он убедился, что никому у нас не нужен. А такой опыт, вовремя полученный, бесценен.

Глава 27

Нападение Барсова