Читаем Литнегр, или Ghostwriter полностью

Готовлюсь с утра. Пока муж спит, я мою голову и крашу ногти, подбирая цвет к тому, что сегодня собираюсь надеть. (Покупать лаки для ногтей тоже, между прочим, приятно.) День входит в плоть и кровь предвкушением, запахом шампуня на волосах, солнцем на кирпичной кладке возле оконной рамы снаружи, где спешат люди, множество людей. А мне спешить некуда, можно подождать, спокойно подготовиться к пробуждению мужа, вместе позавтракать (слегка, ведь после прогулки за покупками мы наверняка зайдём в кафе). А потом ветер в лицо при выходе из подъезда (холоднее, чем я думала, но не возвращаться же, не менять же запланированный облик), метро и… она! Горбушка!

Удивительное место, название которого взято от другого места. Была толкучка при ДК имени Горбунова, стала фешенебельная торговая зона на метро «Багратионовская» по моей любимой открытой ветке. Там торговали пиратской аудио- и видеопродукцией, тут торгуют… ну, тоже не всегда лицензионной, да. Можно нарваться и на некачественный товар. Но это нас с мужем не пугает. Наоборот, придаёт посещениям Горбушки характер охоты. Никогда не знаешь, что подвернётся: перепёлка или медведь. Но без трофея мы отсюда точно не вернёмся!

Ветреная улица — и вдруг затишье квадратного затенённого двора. Раздвижные двери открывают ход в тепло и многолюдье. Поднимаясь по эскалатору, воспаряя на нём над многоцветным гомонящим первым этажом, где народ вовсю убивается по бытовой технике, чувствуешь себя богиней в этом потребительском раю. Что тут у нас на втором этаже? Ряды налево, ряды направо… Самые интересные — там, где музыка и кино, но мы туда сейчас не пойдём. Сначала в отделы, где торгуют компьютерными программами. Здесь есть как солидные лицензионные — и соответственно стоящие — диски, так и — числом поболее, ценою подешевле — много программ на одном дивидюке. Мне пожалуйста, где всего побольше. Программы для сканирования и распознавания текста — для моего сайта, привлекающего посетителей в основном своей библиотекой. Я ведь люблю читать всякое… сканировать, выкладывать, отзывы опять же получать… Правда, этого давно уже стало меньше в моей жизни, а если честно, когда затянуло литнегритянство, то почти совсем не стало, но ведь когда-то оно снова появится. Да вот после этого романа дам себе роздых; как только закончу, сразу и отпрошусь у Хоттабыча месяцочка на два. От этого обещания себе становится так уютно и вдохновительно, что я, не торгуясь, покупаю диск в сомнительной самораспечатанной обложечке. Не забыв прихватить чек, конечно.

Муж рядом смотрит программы для создания музыки на компьютере. Это святое. Я наблюдаю за ним умилённо, как за котёнком, который лакает из блюдечка молоко. Если ещё работая на церковном лотке он вошёл в число самых перспективных независимых музыкантов, то сейчас ситуация тем более благоприятная: его пригласили поучаствовать в сборнике, составленном из произведений как отечественных, так и зарубежных авторов этого направления. Чтобы творить, надо не беспокоиться о деньгах. Пусть хоть один из нас об этом не беспокоится.

Ну вот, программами мы затоварились, идём к развлечениям. Для Олега это музыка, для меня — кино… Нет, кино — и для Олега тоже. Вкусы, правда, у нас разные…

— Ты, конечно, своих ужасов накупишь?

Отгремели наши баталии по поводу вкусов. Олег теперь не только уважает моё пристрастие к хоррорам, но и сам ведёт меня туда, где они водятся. А я… что-то у меня застопорилось. Смотрю равнодушными глазами — точнее глазами, которые равнодушнеют по мере того, как просмотренного становится всё больше и больше.

А ведь когда-то я позволила бы палец у себя откусить вампиру за просмотр фильмов, которые тут лежат целой россыпью и стоят совсем недорого! Бела Лугоши, друзья мои, тот самый классический «Дракула», величественный и смешной, и великий тем, что смешной; малоизвестные джалло семидесятых годов; вершины немого кинематографа, в том числе «Носферату» Фридриха Вильгельма Мурнау — точка, с которой я веду отсчёт себя сегодняшней, тот фильм, который я смотрела в сопровождении французской группы «Арт Зойд», с помощью своего плохого немецкого силясь понять совершенно непонятный на том жизненном этапе английский… Столько всего было надо! А сейчас — вот оно, передо мной, в ассортименте, и деньги есть. Почему же теперь мне до такой степени ничего не надо?