Читаем Литературный мастер-класс полностью

общее ощущение композиции, примерно понимая, какими будут начало, середина и концовка, но, когда начинаешь работать, все обязательно меняется, и часто книга, которую собирался написать сначала, превращается в совсем другое произведение.

но не с самого начала. И он никогда не содержит всех деталей. При этом обычно три пятых плана в процессе написания книги вылетают из головы и так и не попадают в сюжет. Чаще всего в конце я просто проклинаю того типа, который составил этот чертов план.

Раньше я всегда отвечала, что нет, но теперь думаю, что это не так. В каком-то смысле у меня бывали планы, но, конечно, не те, которым учат в школе. Иногда я вкратце записываю то, что, по моим представлениям, должно составить общий скелет книги. Эти загадочные письмена понятны мне одной. Или же я сижу и составляю краткий конспект — от трех до десяти страниц — ее темы и содержания. Могу набросать схему развития действия в определенной главе. Ее хорошо иметь перед глазами, потому что потом легко перейти к следующей части и сказать себе: «А вот нужно было включить вот это или вот это».

Когда я писал первые рассказы, у меня была общая идея по поводу настроения книги, но я позволял себе положиться на случай. Лучший в жизни совет, который я получил, был такой. В молодости, когда на тебя снисходят потоки вдохновения, работать подобным образом вполне возможно. Но мне сказали, что, если я не научусь писательской технике, потом у меня возникнут проблемы: вдохновение уйдет, а техники, чтобы компенсировать это, будет недоставать. Если бы я не понял этого вовремя, сейчас я не смог бы составлять композиционные планы своих книг. Композиция — это чисто техническая проблема, и если не научиться ей вовремя, то ею уже не овладеешь никогда.