Читаем Лисёнок мой полностью

– С вас двести сорок шесть, Давид Николаевич, – в этом магазине его знали и любили. Особенно после того, как он спас одну из продавщиц от насильника.

– Благодарю, красавица, – он отсчитал деньги и забрал свои покупки, уже упакованные в два чёрных холщовых пакета с белым отпечатанным фирменным знаком магазина.

– Приходите к нам ещё, – пожелали им в спину.

На улице напарники, попрощавшись, разошлись. Егор пошёл пешком по улице, а Давид шагнул к дороге.

– Асмит, явись, – призвал он своего второго фамильяра.

Чёрный конь словно взвился из-под брусчатки и грациозно взмахнул гривой. Тонконогий и лоснящийся. Его хозяин, легко оттолкнувшись от земли, запрыгнул в седло, не забыв перед этим погрузить покупки прямо в коня, который, принимая багаж, на мгновение подёрнулся дымкой. Этот дух передавался в семье вот уже восемь поколений и по праву считался лучшим приобретением. Он не уставал, не требовал регулярного ухода, все, что ему было нужно – это энергетическая подпитка раз в полгода-год. И если бы не её стоимость в четыре тысячи монет, всё было бы чудесно.

Дом Давида Николаевича находился в четырёх кварталах от здания управы. Уютный одноэтажный особнячок с обустроенной мансардой, которую года четыре назад оккупировала дочурка, потому что ей нравилось сидеть у окна и смотреть на прохожих сверху. А ещё потому, что мансарда была больше её бывшей комнаты, в которой теперь располагалась кладовая и гардеробная. Зайдя в дом, Давид поставил покупки на стол в кухне и ушёл переодеваться. В зеркале отобразился высокий крепкий мужчина лет сорока с первой сединой в чёрных волосах, с усталыми зелёными глазами и тщательно выбритой щетиной. Сколько бы он не плевался в сторону моды, ей приходилось следовать хотя бы в мелочах. Поэтому его рубашки украшали запонки, а на ремне висела большая бляшка с закрученной змеёй.

– Папенька, ты уже дома? – хлопнула входная дверь.

– Да, – нехотя отозвался мужчина, запахивая серый халат и выходя из спальни в небольшой холл. – Где гуляла?

– В парке, – потупилась девочка, ставя кружевной зонтик в угол к своим недекоративным собратьям.

– Так уж, – не поверил Давид Николаевич, – снова с Антоном в парке гуляла?

– Это моё дело! – топнула она ножкой и недовольно мотнула головой. Белая лента спала с головы, распуская длинный чёрный хвост. Волосы заструились по спине до самой поясницы.

То, что его дочь, его ангел Аглая, с каждым месяцем превращается в красавицу, он замечал с болезненной радостью. С одной стороны, он был счастлив, что его внешность и красота жены так удачно сложились, с другой осознавал, сколько проблем и трат несёт её взросление. И видел, какой она стала раздражительной после смерти матери. Как бы ошибку не совершила.

– Дело твоё, пока он руки не распускает. А потом уже моё. И я его засажу, ты знаешь.

– Через полтора года я…

– За полтора года он или добьётся своего, или бросит тебя, – страж сложил руки на груди, показывая своё недовольство. – Я всё же верю, что ты хорошая девочка, так что давай сменим тему. Заканчивать этот день ссорой я не хочу. Я нашёл в чемодане страницу из твоего любимого журнала.

– Правда? – удивлённо взлетели изящные бровки девочки. – Интересно, как она туда попала?

– Мы оба знаем, как она там оказалась. Так что лучше ответь, что ты имела в виду?

– Фамильяра, – после некоторого размышления ответила Аглая, накручивая локон волос на палец. Судя по реакции отца, просить юбку было бесполезно. Возможно, он разрешит купить её позже, ко дню рождения. Ей ведь будет уже пятнадцать.

– Почему именно материального?

– Чтобы он делал всё, что я захочу. А не как духи, только то, что в них заложено при создании. А ещё они учатся и запоминают последовательность действий.

– Зачем он тебе? Это не будничная покупка.

– Папа, я уже почти взрослая, а сам знаешь, как много благородным девушкам требуется. Они обязаны выходить на улицу только со сложной причёской, быть ухоженной и опрятной. Фамильяр мне в этом поможет и может заменить компаньонку, которая мне уже желательна по возрасту, – девушка чуть покраснела, понимая, на что она намекает. – А ещё я слышала, некоторые материальные могут защищать владельца. Они вроде сторожевого пса и реагируют на опасность сами, а не только когда ты её заметил.