Читаем Лис Адриатики полностью

Следующая неделя прошла как один миг. «Шахин», появившись в северной Адриатике – в самой оживленной ее части, устроила настоящую резню на коммуникациях. Купеческих кораблей, занятых перевозками между Венецией и Триестом, здесь было очень много. И шли они совершенно безбоязненно, справедливо полагая, что турецкий флот сюда не сунется. Что оказалось верно лишь отчасти. Пока турецкая эскадра отстаивалась в южной части Адриатики, не пытаясь искать боя с гораздо более сильным противником, одна маленькая шебека под турецким флагом устроила такое, о чем здесь не слышали со времен Андреа Дориа. Этот маленький, но очень кусачий морской хищник не утруждал себя банальным грабежом, чем обычно занимались не только турки, но и добрые католики. Он нападал на очередную жертву, быстро пускал ее ко дну несколькими точными выстрелами в корпус и тут же мчался к следующей, которая находилась в зоне видимости. То, что на оказавшемся на его пути венецианском корабле может оказаться что-то ценное, турок, похоже, не интересовало совершенно. Причем нападали они как днем, так и ночью. Это было настолько неожиданно и непривычно, что венецианцы первое время не знали, что делать. Посылка сильной эскадры ничего не дала, поскольку турки тут же сбежали, едва увидев опасность. А на следующий день пришли снова. И похоже, шебека здесь была не одна, поскольку уцелевшие моряки давали описание разных кораблей. Но все – быстроходные шебеки. Откуда у турецких канониров такая дьявольская точность, тоже никто понять не мог.

В результате такой деятельности всего через неделю оживленный район Адриатики между Венецией и Триестом стал пустынным. «Шахин» медленно патрулировала свои «охотничьи угодья», но вокруг не было ни одного «купца». Венецианские фрегаты тоже куда-то исчезли. Австрийские корабли так ни разу и не появились, предоставив венецианцам возможность самим ловить возмутителей спокойствия, поскольку именно венецианцы в основном и занимались грузовыми перевозками. Лишь у самого берега виднелись рыбачьи лодки, но «Шахин» их никогда не трогала. На этот счет у Ивана были свои планы, делиться которыми он не спешил.

Целый день было тихо. «Шахин» так никого и не встретила, продолжая дефилировать на виду у берега, оставаясь за пределами стрельбы самых дальнобойных пушек. Не сказать, чтобы Иван всерьез опасался обстрела с берега, но случайные попадания никто не отменял. А против летящего в тебя ядра и дар характерника не поможет. Поэтому не стоит расковать там, где это совершенно не нужно. И наконец произошло то, чего он ждал. Впередсмотрящий крикнул, что видит большое количество кораблей со стороны Венеции. «Шахин» тут же рванулась вперед, поставив все паруса. Но вскоре стало ясно, что здесь делать больше нечего. Это был большой конвой. Купеческие корабли шли под охраной фрегатов, каждый из которых имел не менее четырех десятков пушек. Конвой двигался медленно, подстраиваясь под самые тихоходные корабли. Иван, слушая тихую ругань старшего офицера, что, дескать, «всё пропало!!!», наоборот был очень доволен.

– Чем вы недовольны, месье Жан? Наоборот, все идет очень даже неплохо!

– Но почему, мон капитан?! Ведь мы больше не сможем никого атаковать! «Купцы» идут под охраной фрегатов, каждый из которых может превратить «Шахин» в дрова одним залпом! А их там не меньше дюжины, еще не всех видно!

– Так мы никого в этой толпе атаковать и не будем. Наоборот, будем следовать за пределами дальности стрельбы их пушек и действовать на нервы, чтобы не расслаблялись. Своего мы добились – вынудили венецианцев перейти к системе конвоев, что резко снизит темпы доставки грузов. Формально мы можем сейчас уйти, поскольку с хорошо вооруженными конвоями мы ничего сделать не сможем. Но мне понравились самостоятельные действия, когда подальше от начальства. Думаю, вам тоже, месье Жан?

– А я этого никогда и не скрывал, мон капитан. Я все же в прошлом вольный корсар, а не офицер флота его величества короля Франции.

– Поэтому думаю, что вас заинтересует дальнейшая охота на местную «дичь», только несколько иным способом.

– О-о-о, мон капитан, вы не перестаете меня удивлять! Это становится интересно! И каким же еще способом мы сможем пощипать этих жирных «барашков»?

– Наведаемся прямо в Триест.

– В Триест?! На «Шахин»?! Так по нам же откроют огонь, едва опознают!

– Ну что вы, месье Жан! «Шахин» свое дело сделала, и ей надо пока отдохнуть. А в Триесте мы появимся, как добропорядочные рыбаки…