Читаем Лис полностью

Люку повезло. Всего за два дня до своего ежегодного отпуска был профессор Калум МакЭвой, признанный лучшим нейрохирургом Шотландии. Он сделал второе сканирование, и ему не понравилось то, что он увидел. Внешний вид, из-за которого сержант Дэвис недооценил ущерб, был обманчивым. Трещина на виске вызвала кровоизлияние в мозг. МакЭвой решил действовать без промедления.

Он убедился, что его пациент находится в глубокой индуцированной коме, прежде чем вскрыть череп, выполнив гемикраниэктомию, во время которой удаляется значительная часть черепа. Он обнаружил то, чего он боялся, и единственной хорошей новостью было то, что он как раз вовремя.

Это была экстрадуральная гематома - кровоизлияние в мозг - и любая дальнейшая задержка вполне могла привести к необратимым повреждениям. МакЭвой смог остановить кровотечение, тихо поблагодарив Инвернесса за отправку парня в его «острое» отделение в Эдинбурге, несмотря на потерю времени.

После ушивания кровотечения он продержал Люка в коме еще три дня, прежде чем вернуть его в сознание. Всего подросток провел две недели в реанимации, прежде чем, все еще закутанный в бинты, его могли отправить обратно в замок Крейглевен.

Его сопровождали его мать и капитан Гарри Уильямс. Сью Дженнингс жила в небольшом отеле в Эдинбурге, чтобы приходить к нему каждый день и сидеть с ним. Гарри Уильямс улетел на юг, чтобы быть с ней и Люком.

Если не считать перевязок, Люк выглядел таким же, каким был до падения. Он по-прежнему обращался к своей матери за поддержкой в ​​социальных ситуациях, но был совершенно ясным. По прибытии он, казалось, испытал облегчение от того, что вернулся в знакомую обстановку, где все, что ему принадлежало, по-прежнему находилось именно там, где он настаивал.

В течение часа он оставался в своей комнате на южной стороне, откуда открывался вид на лужайки и захватывающий вид на долину, где, еще не известную ему, он чуть не умер во второй раз. Никто не сказал ему, что сейчас в лесу на противоположной стороне долины похоронен русский снайпер.

Доктор Хендрикс суетился над ним, желая вернуть его в компьютерный зал, его любимую среду. За весну и лето, проведенные вместе, их отношения развились до такой степени, что мужчина из GCHQ стал почти отцом, до такой степени, что воспоминания Люка о его настоящем покойном отце, казалось, исчезали. Не то чтобы его настоящий отец даже проявил интерес к единственному интересу Люка - таинственному миру киберпространства.

Но доктор Хендрикс заметил, что, даже когда юноша патрулировал свою комнату, снова и снова проверяя положение всего своего имущества, он не проявлял особого интереса к возвращению в компьютерный зал. «Придет, - думал он, - придет». После повреждения мозга ему просто нужно время.

Первые предупреждающие звонки начали звучать после того, как Люк час назад провел за клавишами своего любимого компьютера. Он был компетентен, как любой молодой человек современности. Его пальцы скользили по клавишам. Он прошел несколько простых тестов на ловкость. Затем доктор Хендрикс поставил перед ним более сложную задачу.

Далеко на юге, в северо-западном квадранте Лондона, находится пригород Нортвуд. Под его улицами, с их рядами спокойных, обсаженных деревьями проспектов жилых домов, скрытых из виду и в значительной степени забытых, находится оперативный штаб Королевского флота.

Адмиралтейство может находиться в центре Лондона, военные корабли, пришвартованные в Девонпорте, огромные авианосцы «Королева Елизавета» и «Принц Уэльский», все еще проходящие ходовые испытания у Портсмута, и подводные лодки с ядерными ракетами в устье Клайда у Фаслейна, но военно-морской флот компьютеризирован. сердце войны находится в Нортвуде. Здесь база данных мерцает глубоко под пригородными улицами. А база данных защищена устрашающими брандмауэрами, которые охраняют ее жизненно важные коды доступа.

Сэр Адриан запросил и получил разрешение Первого Морского Лорда, чтобы посмотреть, сможет ли кибергений защитить эти коды доступа. Люк пытался в течение недели, но ему не удавалось. Шестое чувство, или второе зрение, или то, что у него было, казалось, отсутствовало. В теоретических упражнениях другие из GCHQ добились большего прогресса, хотя ни одно так и не достигло священного ядра.

Сэр Адриан вылетел из Лондона в Инвернесс и на машине был доставлен в замок. У него были долгие нежные беседы с Люком и его матерью и более технические беседы с доктором Хендриксом, который объяснил, что, похоже, что-то изменилось. Мальчик, отправившийся на прогулку в горы двумя неделями ранее, не был озадаченным молодым человеком, который теперь балуется своей клавиатурой.

И снова сэр Адриан проконсультировался с профессором Саймоном Барон-Коэном в его Кембриджском офисе. Академический и церебральный специалист не обнадежил. Несмотря на весь мировой опыт, последствия повреждения мозга по-прежнему были непредсказуемыми.