Читаем Лирика полностью

Я к той был увлечен таинственной мечтою,Которую ищу напрасно на земле.И там, где горний мир, она предстала мнеНе столь жестокою, еще светлей красою.И молвила она, держа меня рукою:"Хочу, чтоб был со мной в надзвездной ты стране;Я дух крушила твой любви в тревожном сне,И прежде вечера мой день был кончен мною.Блаженству дивному как быть изъяснену.Тебя жду одного и чем тебя пленяла,Мою прекрасную земную пелену…"Увы! зачем она речей не продолжалаИ руку отняла! – мне, ими прельщену,Уж мнилось, что душа на небе обитала.

Стр. 202. Амур, что был со мною неразлучен //На этих берегах… – т. е. на берегах Сорги.

Стр. 203. Взгляни на Соргу, на ее исток… – В оригинале речь идет не об истоке как таковом, а о Воклюзе, неподалеку от которого берет свое начало Copra.

Стр. 205. Той, для которой Соргу перед Арно… – т. е. Лауры, для которой автор предпочел Воклюз Флоренции, Тоскане, Италии.

Стр. 206…Щебечет Прокна, плачет Филомела… – Про-кна – ласточка, Филомела – соловей.

Стр. 209…Сей день – последний, счастье миновало. – Имеется в виду отъезд Петрарки в 1347 г.

Стр. 211. А между тем уж время приближалось… – Иными словами, если б мы оба прожили дольше, то наступил бы момент, "Когда она могла б внимать сердечно//Моим словам…".

Стр. 212. Когда судьба растенье сотрясла… – т. е. лавр, Лауру… Другое Каллиопа избрала с Эвтерпой… – Каллиопа – муза эпической поэзии, Эвтерпа – муза лирической поэзии.

Стр. 215. Нет, не читать без судорог ума… – Ответ на сонет Джакомо Колонна, епископа Ломбезского, друга и покровителя Петрарки.

Стр. 219. Идите к камню, жалобные строки… – Речь идет о могильном камне.

Стр. 221… Родной звезды восходом осиянной. – Венеры.

Стр. 228 – 229. Когда она почила в Боге… – А вот этот же сонет в переводе А. Майкова:

Когда она вошла в небесные селенья, Ее со всех сторон собор небесных сил, В благоговении и тихом изумленьи, Из глубины небес слетевших, окружил.

"Кто это? – шепотом друг друга вопрошали. – Давно уж из страны порока и печали Не восходило к нам, в сияньи чистоты, Столь строго девственной и светлой красоты".

И, тихо радуясь, она в их сонм вступает, Но, замедляя шаг, свой взор по временам С заботой нежною на землю обращает

И ждет, иду ли я за нею по следам.. Я знаю, милая! Я день и ночь на страже! Я господа молю! Молю и жду – когда же?

Стр. 233…Мне ж смерть и небо, жадны в равной мере… – Речь идет о Лауре, чье тело приняла земля и чья душа вознеслась на небо.

Стр. 236. И тот, кто наших праотцев подъял… – Христос.

Стр. 238…Кто обрели, покинув суету. // Сокровище, что всех земных дороже. – Т. е. обрели бога.

Стр. 239. Лет трижды семь повинен был гореть я… – Стало быть, сонет написан 6 апреля 1358 г. (отсчитывая от 6 апреля 1327 г., дня первой встречи с Лаурой).

Избранные канцоны, секстины, баллады и мадригалы

Стр. 247…В два корня превратилисо близ волны И Величественней, чем волна Пенея… – Дафна была превращена в лавр на берегу реки Пеней.

Стр. 255…Испанию с Гранадой миновав,//Марроко и Геракловы столбы… – Геракловы столбы – скалы по обеим сторонам Гибралтарского пролива, воздвигнутые, согласно мифу, Гераклом. В географических представлениях людей петрарков-ского времени у Геракловых столбов кончался мир.

Стр. 256. Плескаясь в ледяных волнах, Диана //Любовника, следившего за ней… – Согласно мифу, под "любовником" подразумевается Актеон.

Стр. 257. О благородный дух, наставник плоти… – Канцона посвящена римскому сенатору.

Стр. 258…Коль Марсовы сыны… – т. е. римский народ.

Стр. 259. Орлы и змеи, волки и медведи // Подчас колонне мраморной вредят… – речь идет о врагах дома Колонна: семействах Каэтани, Савелли, Тусколо, Орсини. Тысячелетие, как в ней не стало… – намек на Константина, перенесшего в 329 г. столицу Римской империи в Византию.

Стр. 262…Рожденные туманом в этих долах… – Подразумевается Воклюз.

Стр. 263. Я каждый ветр прощаю ради ветра, //Пленившего меня в краю, где реки… – "Ради ветра, пленившего меня" – JTO Лаура. Тут Петрарка играет на словах Г aura (ветерок, дуновение) и Laura (имя возлюбленной Петрарки). "Реки" – Copra и Дю-ранс.

Стр. 264. "Drez et rayson…" – зачин анонимной провансальской песни. "…Пою, – ведь это госпоже угодно". – Зачин канцоны Гвидо Кавальканти.

Стр. 265…Хочу, чтобы суровым стало слово. – Начальный стих канцоны Данте…Прекрасный лик и сладостные они. – Начальный стих канцоны Чино да Пистойя…Зари моей безоблачную пору. – Начало XXIII канцоны самого Петрарки (см. стр. 246).

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Чикатило. Явление зверя
Чикатило. Явление зверя

В середине 1980-х годов в Новочеркасске и его окрестностях происходит череда жутких убийств. Местная милиция бессильна. Они ищут опасного преступника, рецидивиста, но никто не хочет даже думать, что убийцей может быть самый обычный человек, их сосед. Удивительная способность к мимикрии делала Чикатило неотличимым от миллионов советских граждан. Он жил в обществе и удовлетворял свои изуверские сексуальные фантазии, уничтожая самое дорогое, что есть у этого общества, детей.Эта книга — история двойной жизни самого известного маньяка Советского Союза Андрея Чикатило и расследование его преступлений, которые легли в основу эксклюзивного сериала «Чикатило» в мультимедийном сервисе Okko.

Алексей Андреевич Гравицкий , Сергей Юрьевич Волков

Триллер / Биографии и Мемуары / Истории из жизни / Документальное