Дельмира Агустини[1]

ЛИРИКА

В плеяде женских имен, вошедших в латиноамериканскую поэзию XX века, Дельмира Агустини сверкнула ранней и преждевременно угасшей звездой. Дочь богатых родителей, она получила традиционное домашнее образование, была одарена музыкально, а ее поэтический талант, проявившись очень рано, приводил всех в изумление своей стихийной силой и чувственным лиризмом, столь не вязавшимися с обликом совсем юной, хрупкой, золотоволосой девушки. В двадцать лет Дельмира Агустини выпустила первый стихотворный сборник «Белая книга» (1907), имевший шумный успех как у публики, так и в литературной среде. Неистовость ее поэтической фантазии, образная смелость, зрелое совершенство формы — все это сразу заставило заговорить о появлении нового оригинального дарования. Знаменитый никарагуанский поэт Рубен Дарио предсказал поэтессе блестящее будущее, которому, увы, не суждено было осуществиться. Таланту Дельмиры Агустини в высшей степени присущи музыкальность и метафорическая напряженность. Ее поэзия отличается причудливой пышностью образов, мелодической магией ритмов. Однако более всего неотделим от ее лирики чувственно-трагический экстаз, увлекающий поэтессу то в «цветущий сад» любви, то в «нездешние края» мечты, то в «мрачную темницу смерти». При жизни Дельмира Агустини успела издать еще две книги стихов: «Утренние песни» (1910) и «Пустая чаша» (1913). Любовь и смерть оставались ее излюбленными темами. К тому времени «мечта о любви» обернулась для нее несчастливым замужеством, а предчувствие ранней смерти, всегда витавшее, «как чьих-то крыльев тень», над ее жизнью и поэзией, увы, вскоре сбылось: она была убита мужем, которого незадолго до того покинула. Неопубликованные при жизни стихи Агустини вошли в сборники «Цветник Эроса» и «Светила бездны» (1924). Творчество Дельмиры Агустини оказало значительное воздействие на латиноамериканскую лирику, особенно женскую. «От нее пошли мы все, поэтессы Америки», — писала о ней великая чилийская поэтесса Габриэла Мистраль.

Невыразимое

Карнавал