— Ну уж нет, пусть и Лена тогда садится, — Сережа подвинул к ней стул. — Сегодня в игре только девушки.

— А водит кто? — Лена поправила юбку и села.

Скрипнула дверь: вернулись Аня с Вовой.

— Я и вожу, раз желающих больше нет, — голос Сережи был спокоен и уверен. — Какой цвет?

Самый безопасный вариант — выбрать желтый: два вопроса наедине, но… Сережа водит, Валера занят… Остается… В висках застучало: пан или пропал.

— Красный! — вырвалось у Лены каким-то чужим голосом.

Поворачиваться назад было стыдно, и Лена сама красная как рак смотрела в одну точку. В комнате была тишина, от чего ей стало не по себе.

— Ладно, поиграли и хватит, — с натянутым весельем девушка поднялась со стула. Лена почувствовала, как ее кто-то тронул за руку и оглянулась. Ее взгляд натолкнулся на все ту же грязную и мятую футболку. Саша стоял вдалеке, разглядывая свои пальцы, а прямо перед ней был растерянный Сережа.

Глава 12. Все равно твоя подруга лучше

— Идите за мороженым, — севшим голосом сказала Аня, усадив Лену обратно.

В комнате опять стало тихо. Уже чуть слышно стучал слабеющий дождь, едва поскрипывали старые половицы в коридоре.

Аня была непривычно серьезна, она влезла на подоконник и не отрываясь смотрела на Лену, вжавшуюся в стул.

— Помнишь, была такая Катя Михайлина? — она оторвала взгляд от Лены и перевела его куда-то на стену за ней. — Подруга твоя, лучшая.

Лена нервно сглотнула.

— А что случилось то? Откуда мне было знать, кто там стоит? — Голос Лены подрагивал. — Что не так?

Что-то было явно не так, но осознавать это было слишком странно.

— Шалава ты, двуличная. — Аня брезгливо поморщилась. — Ты не давала Катьке жить, устраивала истерики из-за всего. С кем-то она познакомилась, с кем-то пошла гулять. Как же так, бросят нашу бедную Лену. Да даже нашу дружбу ты не переносила, а я знаю Михайлину с детства.

— К чему ты ведешь? — Лена оборвала ее. Она прекрасно понимала, к чему ведет Аня. В носу уже начало щипать, а в горле появился комок — нужно было закончить со всем побыстрее.

— Если у тебя есть хоть какое-то уважение к Кате, хватит лезть к Дорофееву

— Да мы просто в одном отряде — Лена едва сдерживалась.

Отвращение в Анином голосе сменилось злостью.

— У тебя на лице все написано. Знает кошка, чье мясо съела. — Аня хлопнула дверью так, что посыпалась штукатурка.

Лена осталась одна.

«Сейчас проревусь», — подумала она, но слезы, так предательски подступавшие к глазам, теперь не шли.

Лена вышла в коридор, потирая виски. Сейчас лучше всего забить голову делами. Тихий час подходит к концу, скоро должен был начаться ее литературный кружок. Лена взяла ключ от кабинета и провернула его два раза в скважине.

Окно в помещении было открыто нараспашку, на полу валялись бумаги, которые сдул ветер. На своем столе Лена заметила стаканчик подтаявшего мороженого. «Крем брюле» — поморщилась она. Подойдя поближе Лена увидела, что под ним лежит сложенный вчетверо листок.

Извини, что влез через окно — ключ от кабинета был только у тебя. Когда кружок закончится, зайди в пятый кабинет.

Твой любимый вкус не знаю, взял тот, что нравится Кате.

Я думала, что смена будет особенной, так и оказалось. Лена посмотрела на книги в шкафу, но зачем-то вместо них вытащила толковый словарь.

Особенный, прил. 1. Исключительный в каком-либо отношении; не обычный. 2. Не похожий на других; своеобразный. 3. Отличающийся от других по степени проявления; значительный. 4. Отдельный, особый

Особенный — еще не значит хороший. Иногда лучше быть с серой массой чем так отличаться.

— Сегодня поговорим о дружбе, — Лена отложила все книги в сторону и подперла лицо кулаком. Говорить о дружбе сегодня точно не хотелось.

Оттягивая время, она обвела кабинет глазами: вот и ко мне новеньких подсунули. Практика «подсовывания» была распространена в «Заре». Хулиганов и подобных личностей добровольно-принудительно переводили из кружка в кружок с надеждой, что их что-нибудь увлечет и избавит от дурных наклонностей. Помогало через раз, но администрация надежд не теряла.

— Давайте начнем вот с чего: каких литературных друзей вы знаете?

Нестройные голоса начала вспоминать все, что можно: от Чебурашки и Крокодила Гены (про них в кружке читали все) до Онегина и Ленского (о них не читал никто).

— Бред все это, дружба, — вдруг произнесла новенькая девочка. — Особенно от вас такое слышать. Она кивнула на Лену

Лена осмотрела девушку: Оксана старший отряд, лет четырнадцать-пятнадцать. Явно не из хулиганок, скорее, из рано повзрослевших.

— А что не так? — Лена вопросительно посмотрела на девочку.

— Да весь лагерь только и обсуждал, как вы с Катей милуетесь, а потом раз и все. До свидания Катя, привет Сережа.