Читаем Линия полностью

На мой вопросительный взгляд, поясняет.

— Они бы и так открыли, но не ранее вечера, а то и завтра утром. Прошу, госпожа, без меня ничего не подписывайте. Бегу к вашей онни, а потом вместе к вашей маме.

Ну вот, меню забыл. Отдою меню охраннице, проносить в тюрьму можно только по письменному разрешению, плошки оставляю на столе.

Все эти свежие воспоминания сразу всплывают в голове.

— Извините господин полицейский, но мой юрист сказал, чтобы я ничего без него не подписывала.

— Когда этот юрист будет, а подпись нужна сейчас, чтобы оформить снятие судимости. Без этого снятия сбор подписей под петицией о вашем помиловании будет юридически ничтожен. А после того, как эту петицию подписала АйЮ, у ваших палаток возникли очереди. Думаю сегодня к вечеру триста тысяч подписей соберётся, в крайний случай, завтра утром. Сразу начнём юридическую процедуру. Надеюсь на следующей неделе президент подпишет прошение. Обычно по помилованию освобождают в праздник. Ближайший праздник через три недели, это соллаль, будет девятого февраля. Три недели, подумай ЮнМи.

— Нет, подпись под прошением будет означать, что я согласна с решением суда, что я виновна.

— Вызывайте юриста, — полицейский чин командует заместителю начальника институту коррекции поведения.

— Вызывать не надо, — вмешиваюсь в разговор старших. — Он через три часа сам приедет. И зачем-то добавляю, он мне обед привезёт.

Полицейский чин с удивлением смотрит на тюремную замшу, хмурится.

— Это что такое? Вы кажется зам. по режиму? Объясните, пожалуйста.

Замша смотрит на меня волком, потом начинает усилено кланяться чину.

— Это только один раз. Притащил сегодня утром. Недосмотрели, виновные будут наказаны.

— Хм, проверим. Может ещё какие нарушения? Вызывайте сюда девочек, что живут с ней в одной камере.

— ЮнМи проводит ночи в одиночке, как особо опасный заключённый, она с охраной подралась.

— Всё равно вызывайте. Может у заключённых жалобы на ЮнМи есть.

Полицейский поворачивается ко мне.

— Я понимаю, тебе можно было бы сделать исключение и ослабит режим содержания, если бы ты скоро освобождалась. Подписывай документы и твоя жизнь сразу улучшиться!

— Не подпишу.

— Вызывайте заключённых.

(несколько позже, в учебный классе, где осталась АйЮ, возвращают Агдан)

— Заключённая Пак ЮнМи, вы можете побеседовать с инспектором АйЮ, — приходит на помощь начальница исправительного учреждения.

Начало цитаты из — десятый щелчок зубами «Чужой».

— Спасибо, — с лёгким сарказмом благодарит та.

— Что с тобой случилось? — в это время, подойдя к ЮнМи, повторяет вопрос АйЮ.

— В смысле, — «что случилось»? — удивляется та и приподнимает скованные руки. — Я в тюрьме.

— А твоё лицо? Почему оно такое красное?

— А, об этом… — поняв, кивает ЮнМи и, секунду подумав, выдаёт объяснение. — Спала плохо. Охрана мне в него из баллончика набрызгала. Чтобы сон быстрей пришёл.

После прозвучавших слов в классе наступает напряжённая тишина. Начальница «Анян» откровенно морщится, а съёмочная группа снимает первой камерой двух главных героинь рядом, второй камерой — даёт общим планом присутствующих.

— Очень больно? — помолчав, сочувственно спрашивает АйЮ.

— Удар дубинкой по лицу произвёл гораздо большее впечатление. — признаётся ЮнМи.

«Младшая сестрёнка нации» несколько секунд осуждающе разглядывает синяк, потом зябко поводит плечами. Наверное, представив, как бьют по лицу её. Ужас айдола.

— Ты в порядке? — тихо спрашивает она. — Сможешь участвовать в мероприятии?