— Аджосии, вы с ума сошли! — вскочив на ноги, возмущённо кричит ЮнМи.

— Пожалуйста, позаботьтесь о нас! — хором произносят артистки и разом кланяются.

— Немедленно покиньте помещение! — требует ЮнМи, окидывая взглядом их шеренгу. — Или я вызову поли…

Внезапно осёкшись, она замирает, уставившись на крайнюю персону в строю. Выражение гнева слетает с её лица, сменившись на эмоцию удивления и недоверия.

— Гу… ХаРа? — спустя полминуты молчаливого разглядывания, неуверенно спрашивает она.

— Меня зовут Ким ХаРа. — удивлённо отвечает девушка. — Я новенькая в группе. Прошу прощения, но я не помню, что мы с вами раньше встречались.

— Скажи… — сделав паузу после слова, просит ЮнМи. — Чем занимается твой отец?

— О, он водитель большегрузного автомобиля. Мы редко с ним видимся. Он часто бывает в командировках.

— А твоя мама?

— Моя мама живёт отдельно. У неё своя жизнь.

— Щибаль! — потрясённо восклицает ЮнМи, подпрыгнув на месте и отшвыривая в сторону открытую бутылку с водой. — ЁнЭ! Бежим отсюда!

— Скорее! — не оборачиваясь требует ЮнМи, подскочив к двери и выскакивая на улицу.

Конец цитаты из восемнадцатый щелчок зубами

<p>Глава 10</p>

Время действия: Восьмое апреля

Место действия: Одно из зданий NIS.

Допрос СунСиль ведёт один из следователей NIS.

— Хорошо, допустим мы вам верим и вы непричастны к появлению секретных документов на вашем ноуте, но как вы объясните вот это.

Следователь передаёт СунСиль ряд документов.

— Здесь расшифровка нескольких ваших бесед с судьями, которые вели дела Пак ЮнМи, и вынесли приговоры не в её пользу. Очень суровые приговоры надо сказать. Встречаясь с судьями, вы обещали передать хорошие деньги этим судьям за то, что они вину за эти суровые приговоры возьмут на себя, не будут ссылаться на просьбу президента. И самое печальное для вас, что эти разговоры были записаны в рамках уголовного дела об организации травли госпожи Пак ЮнМи в пользу северян. Статья по этому делу за сотрудничество с северянами от десяти лет каторги до расстрела.

— Говори, вам задание на травлю госпожи Пак давали северяне!

— Нет!

— Президент?

— Да, — СунСиль закрывает лицо ладонями, слышаться всхлипы.

— Это хорошо, что вы сотрудничаете со следствием. Судья может это учесть и уменьшить вам срок в два раза. По крайней мере расстрела вы избежите. Подпишите пожалуйста протокол.

Всхлипывая, СунСиль не читая подписывает бумаги, что подсунул ей следователь.

— Прекрасно, один вопрос мы выяснили. Вот ещё. При обыске офиса фонда «Mir» был обнаружен список из нескольких тысяч артистов, которых надо придержать, по возможности выкинуть из профессии. КЕМА многим артистам из этого списка запретила работать, но госпожи Пак ЮнМи в этом списке нет. Запрет работать госпоже Пак ЮнМи это инициатива КЕМА, или вы устно передавали приказ президента, как передавали приказы судьям?

— Их личная инициатива, тут я ни при чём.

— Хорошо, побеседую с членами КЕМА. Если это их решение, то им будет грозить расстрел.

Слышится всхлип СунСиль.

Цитата из восемнадцатый щелчок зубами

(где-то в это время. Директор ИнХон размышляет о своём коротком телефонном разговоре с ЮнМи.)

«Почему „Кара“ — „кривоногая“? — недовольно думает он, транслируя слова ЮнМи на неудачливую группу своего агентства и делает неправильное предположение. — Наверное, она просто не видела обновлённый состав, — его ведь официально не представляли. Иначе бы ей в голову не пришло такое сказать!»