Читаем Лина Костенко полностью

Вместо этого у нас пошли по инерции. Приняли добродушно остроумную формулу Л. Кравчука: “Имеем то, что имеем”, и не сделали решительной попытки изменить ситуацию. Более того, еще и усугубили ее за последние годы. Не противопоставив дезинформации об Украине мощной гуманитарной мысли, начали вхождение в Европу с охапкой анахроничных проблем. Нашлись “будители”, которые подняли большой шум и создали хороший такой мультипликат — нацию, что храпит, стоя на коленях. Или двух украинцев, из которых непременно вегетируются три гетмана. Стало чуть ли не правилом хорошего тона ввернуть что-то неодобрительное о менталитете целой нации. Разгулялись неуправляемые стихии взаимных обвинений, дразнящие рефлексии по истории Украины и ее выдающихся деятелей. Неведомо из какого нафталина добыт комплекс неполноценности.

Нация оказалась незащищенной. Ореол, аура — это очень тонкая материя, не панцирь и не щит, однако же, нации, которые имеют ауру, приобретенную веками, защищены надежнее. Впрочем, замечено, что империи всегда страдают манией величия, а народы порабощенные склонны к самобичеванию.

Скажем, та же Россия. Она раз и навсегда определилась для себя в ореоле своего величия. И какая бы точнейшая оптика не отражала в том государстве его упадок, бедность, деградацию, — все равно, в основном зеркале фокусируется величие. Хотя все знают, что это вовсе и не зеркало, а давно уже нарисованный желаемый свой образ. Фактически это мифологема на экспорт. Но без этой мифологемы Россия себя не мыслит. Только на фактаже своих реалий она чувствовала бы большой дискомфорт. А эта мифологема комплиментарная, она легко входит в сознание. Она вливается в систему общественных наук и стимулирует другие мифологемы типа “старший брат” или “колыбель братских народов”, из которой вывалилось трое близнецов, среди них один почему-то очень старший, и как раз тот, что появился на свет не первым <…>

В своем имперском зеркале Россия показывала Украину как Малороссию. Она до сих пор показывает там разные рожи.

Но не надо бить по нему кулаком, разбитое зеркало — плохая примета. Надо просто поставить свое, и оно подаст Украину в совсем ином свете. Будет у нее завтра же аура или не будет, но, по крайней мере, тьму тараканскую рассеем»[131].

Поразительно, но сейчас, двадцать лет спустя, эти рассуждения читаются также свежо и точно.

* * *

В 2000 году, на переломе тысячелетий умер Василий Васильевич Цвиркунов. И это, кажется, был единственный случай, когда она сказала заехавшей за ней очередной чернобыльской экспедиции, что не сможет отправиться в припятские леса.