От крика, что звучит на весь промежуточный сектор, хочется зажать уши руками, но кажется, я забыла, что такое двигаться. Всё, что могу – смотреть на Рэйвена, пока в голове вдруг не щёлкает мысль: а что если в этом хаосе мне удастся сбежать?

– Попробуешь сбежать, и оставшуюся дорогу будешь ползти, потому что я переломаю тебе ноги! – будто прочитав мои мысли, кричит Рэйвен, и я вновь чувствую себя жалким насекомым.

Он неспешно спускается с насыпи, замирает перед одним из путников по шею погребённым в песок, хватает за волосы и наполовину выдёргивает из земли.

– Кажется, безрукий путник что-то говорил о какой-то информации? – спрашивает у него Рэйвен, будто «который час» интересуется.

– Не помню такого! – орёт путник в ответ, и получает удар ботинком по голове.

Рэйвен скучающим взглядом обводит остальную банду, и половина из них разом с головой проваливается в песок, так что даже времени не остаётся на осознание момента смерти.

– Ладно-ладно! Я расскажу! – вопит путник перед Рэйвеном и срывается на жалкий плачь. – Всё расскажу… Только пощади.

Рэйвен приседает перед ним и делает вид, что внимательно слушает.

– На юге… Сектора на юге… С ними что-то происходит, – рыдая бормочет путник. – Точнее с окнами! Кто-то уничтожает окна! Стирает подчистую, поэтому заблудшие покидают юг! Поэтому и мы отправились сюда! Пощади, прошу…

– Дальше.

– Это всё! Правда… Пощадииии.

– Дальше!

– Кто-то избавляется от проводников! Они все… все… будто исчезают куда-то, а некоторые… некоторые нападают на мирные сектора… Два мирных города на юге уже пали… Заблудшие тысячами отправляются на перерождение! И никто не знает, что, или кто всему виной! Это безумие какое-то! На юге творится страшная чертовщина! Это всё, что я знаю… Правда… Пощадиииии…

Шумно вздыхая, Рэйвен поднимается на ноги и устремляет к солнцу задумчивый взгляд. Стоит так с минуту-другую, затем заталкивает голову путника обратно в песок, так что остаётся видна одна лысеющая макушка и кивает Лори:

– Ты же не думала, что я отдам им тебя, правда?

Лори тихо скулит в ответ.

– Да ладно тебе, – усмехается Рэйвен. – Не обижайся. Можешь пойти доесть вон того. Только немного, а то плодиться начнёшь.

Принимаю сидячее положение и, не справляясь с рваным дыханием, во все глаза наблюдаю за тем, как Рэйвен приближается. Останавливается, загораживая солнце широкими плечами, и на лицо падает тень.

Смотрит на мою расстёгнутую ширинку, слегка хмурится и снова встречается взглядом с моими глазами.

– А я всё ждал, когда же ты сама вырвешь ему эту руку.

– К сожалению, не владею такой силой мысли, иначе у тебя бы уже давно не было головы.

– Хм, – ухмыляется, присаживается передо мной, хватает за молнию на штанах и резко притягивает меня к себе. – А что если Я захочу с тобой это сделать?.. Тоже плюнешь мне в лицо? – вкрадчиво шепчет, так что дыхание скользит по коже и вызывает непрошенные мурашки.

Смотрю на него самым жестким взглядом, на какой только способна и это всё, чем могу ответить.

– Правильно. Такого не будет, – кивает, и резко застёгивает молнию, так что я вздрагиваю. – Потому что я не трахаю Анафем. Я их уничтожаю.

– Так ты не проводник… – шёпотом слетает с губ.

– Конечно… нет. – Хладнокровно глядя в глаза, мягко проводит ладонью по моим заляпанным кровью волосам и заправляет локон за ухо. – Я палач. Нахожу и убиваю тварей вроде тебя.

Подмигивает и возвращается к волчице:

– Ну что, Лори, поела? Пойдём, у нас куча работы. И иди, подгони нашу девочку, она нас тормозит.

Глава 10

Рэйвена нет уже часа два – не меньше. И я понятия не имею, куда он ушёл, для чего и как скоро вернётся. Но точно знаю, что глупых идей насчёт побега лучше больше не допускать, да и вообще лучше не рыпаться, потому что здорового чёрного волка, который был ко мне приставлен, в одиночку точно не одолеть.

Кем бы ни была эта Лори и какое бы значение не имела для Рэйвена, она – живая материализация подвластная далеко не многим. Если Лори – обычный сгусток материи, такой же как, например, этот стол, или вон та бутылка виски на баре, то в принципе, изменить её образ не так уж и сложно, однако… материя Лори – живая. Такая же, как у меня, как у любого из заблудших, только бездушная, и что-то подсказывает мне, что лучше не рисковать. Если не выйдет – стать мне пленницей собственного разума и прозябать в потёмках своего кошмара веки вечные, пока кто-нибудь не сжалится над парализованной заблудшей и не отправит на перерождение.

Ещё одно правило Лимба – живую материю силой мысли изменять нельзя. И только к фантомам это не относится.

Но чёрт пойми, кто вообще эта Лори такая! Я не чувствую её энергию и, уверена, это тоже заслуга Белой вороны!