Благодаря Горбачеву состоялось «возвращение» страны в Европу. И необратимость этого была зафиксирована падением Берлинской стены. Но при этом Горбачев продвигался вперед слишком медленно. Страна разваливалась, жизнь людей стала крайне тяжелой, возникли регионы, где шла самая настоящая братоубийственная война, а Михаил Сергеевич все заботился о своем «историческом облике», и это удерживало его от решительных, необходимых, но непопулярных мер. Это, как известно, всегда оборачивается еще большими бедами и нарастанием противоречий.

Мог ли Советский Союз в той ситуации «обрести какое-то совершенно новое обличье, иную форму и совсем другое содержание – об этом спорить будут долго. Но произошло то, что произошло».

Однако, кто бы что ни говорил, содержание исторического подвига М.С. Горбачева многообразно, и «в нем есть две главные, обобщающие ипостаси. Они-то и сомкнулись в 1989 году: 1) ликвидация тоталитаризма в одной из определявших ход истории сверхдержав, заодно снятие неопределенности в ее принадлежности то ли к Европе, то ли к Азии, то ли к ним обеим; 2) прекращение загонявшей мировой процесс в тупик конфронтации двух систем».

<p>Начало 1990 года: проблемы СССР нарастают</p>

год 1990 начался с того, что в Литовской ССР 11 января примерно 300 тысяч человек приняли участие в демонстрации за независимость.

13–19 января имели место погромы армян в Баку, а 15 января в Нагорный Карабах для прекращения межэтнических столкновений были введены советские войска. 18 января Армянская ССР объявила войну Азербайджанской ССР.

Это невероятно, но впервые в истории советская армия в мирное время брала штурмом советский город.

Ввод войск в Баку 20 января происходил с трех сторон, по всей окружности кольцевых дорог, примыкающих к городу. По пути бронетанковые колонны были подвергнуты обстрелам. В ответ военнослужащие применили оружие.

Потом эти события назвали «Черным январем» или «Кровавым январем», и они закончились гибелью более 130 мирных жителей, в основном азербайджанцев. Еще 744 человека были ранены. Помимо мирных жителей, также погиб 21 солдат советской армии.

4 февраля в Москве прошла 300-тысячная демонстрация в поддержку курса демократических преобразований. Одним из главных требований демонстрантов стала отмена 6-й статьи Конституции СССР о руководящей роли КПСС.

Имели место массовые беспорядки в Душанбе (там погибло 22 человека и было ранено 565 человек).

Начало 1990-х годов было очень бурным – во всех смыслах этого слова. В том числе и в социальном, и в политическом, и в бытовом. В 1990 году М.С. Горбачев стал лауреатом Нобелевской премии мира. При этом экономическое положение страны продолжало ухудшаться.

Конечно, время стирает подробности, но в 1988–1989 годах темпы роста в СССР замедлились, а в 1990 году началось падение производства.

Мог ли быть иным этот макроэкономический сюжет? В теории, исходя из наших знаний о том, что происходило в экономике СССР в те годы, у Советского Союза имелись резервы существования примерно до середины 1992 года. Но на практике уже в начале 1991 года СССР как экономический механизм распался, и почти невозможно было представить себе спасательные операции, которые позволили бы что-то кардинально исправить.

И все же, мог ли выжить Советский Союз? Ответ на этот вопрос, пусть сто раз дискуссионный – да, конечно! Он мог бы выжить и даже развиваться, если бы его трансформация началась с того, чтобы «накормить народ», чтобы резко повысить его благосостояние, осторожно высвобождая «рыночные силы» в отраслях, производящих продовольствие и предметы потребления. Если бы проводились реформы, повышающие качество жизни, а все изменения так называемых вертикалей шли бы с некоторым лагом.

Но этого не произошло, и развал СССР стал мучительным и долгим для десятков миллионов людей.

А.И. Солженицын, в 1974 году лишенный советского гражданства и в 1994 году вернувшийся в страну из США, совершенно справедливо охарактеризовал тогдашнюю ситуацию следующим образом: «Часы коммунизма – свое отбили. Но бетонная постройка его еще не рухнула».

<p>Первый ресторан «Макдоналдс» в Москве</p>

31 января 1990 года в Москве открылся первый в СССР ресторан сети «Макдоналдс». Он открылся на Пушкинской площади (Большая Бронная, 29), и акционерами данного предприятия были канадское отделение транснациональной корпорации McDonald’s Corporation (49 % уставного капитала) и производственно-торговое объединение «Мособщепит» при Мосгорисполкоме (51 % уставного капитала).

Появление культового американского бренда в СССР тогда рассматривалось как символ продолжающихся экономических и политических реформ в государстве.

Новое заведение, давно привычное на Западе, резко контрастировало с традиционным советским общепитом, и это стало настоящей сенсацией для москвичей и гостей столицы: чтобы попасть в ресторан, нужно было отстоять несколько часов в очереди. Удивительно, но в день открытия в ресторане побывало около 38 000 посетителей, что стало рекордом для всей сети McDonald’s.