А потом события завертелись в стремительном водовороте, поглощая время, усилия и жизни людей. Старый город пылал в огне; за рекой горели дома и фермы. Как оказалось, орлицы забросали Таланак горящими факелами. В жадеитовой столице гореть было в общем-то нечему, но на улицах трещали в пламени и тлели тысячи трупов орлиц, попавших под массированный огонь лучеметов и лазеров. Повсюду валялись тела тишкветмоакских и дракландских воинов. Они усеивали мосты, переходы и плоские крыши. Битва переместилась к вершине города. Но основное сражение шло около храма и дворца императора.

В пылу жестокой битвы орлицы и защитники не заметили появления рыжебородых. Вернее, они заметили их только тогда, когда в Таланак пробралось около трех тысяч воинов, и к тому времени уже ничто не могло помешать остальным двум тысячам пройти через малые врата. Сотни орлиц слетелись с вершины горы, чтобы атаковать таюдов. Они нападали отовсюду. Из всей битвы Кикаха запомнил лишь расплавленный добела ствол лазера и медленное продвижение таюдов по кровавым трупам на верхние уровни города. Когда силовая батарея иссякла и лазер стал бесполезен, они начали уничтожать врага из ручных лучеметов. У самой вершины заряды кончились, и в ход пошли мечи.

В храме они наткнулись на груду обгоревших тел. По шести серебристым ранцам на их обугленных спинах Кикаха опознал Звонарей. Они попали под перекрестный огонь орлиц, вооруженных лучеметами. Это, очевидно, произошло в самом начале битвы — в первые минуты неожиданной атаки. Орлиц с лучеметами сожгли лазеры, но они успели нанести Звонарям тяжелый урон.

На пути в зал с большими пространственными вратами Кикаха нашел еще четверых мертвых Звонарей. Когда он, Анана, Бракья и другие таюды ворвались в огромное помещение, их взорам предстала батальная картина. Подарга и уцелевшие в сражении орлицы загнали в угол нескольких дракландцев, тишкветмоаков и двух — нет, трех — Звонарей. Это были фон Тарбет, фон Свиндеберн и Квотшамл император тишкветмоаков. Их окружали воины, численность которых стремительно таяла под яростным напором гарпии и ее огромных птиц.

Кикаха, Анана и рыжебородые бросились в атаку. Они врубились в задние ряды орлиц; полилась кровь, в воздух полетели перья и куски мяса. Врагам пришел конец, и Кикаха кричал от восторга и возбуждения.

А потом, когда бой перешел в рукопашную схватку, он увидел, как три Звонаря, бросив солдат на произвол судьбы, метнулись к огромному кольцу из металла, которое находилось в углу зала. Подарга и несколько орлиц бросились в погоню. Кикаха тоже побежал за ними. Внезапно Звонари исчезли, следом пропала Подарга, а чуть позже — и орлицы за ее спиной.

Кикаха так расстроился, что даже закричал от злости. Но догонять их не стал. Он знал, что Звонари установили ловушку для преследователей, а значит, гарпия с орлицами уже угодили в нее. И как бы ему ни хотелось поймать этих трех металлических оборотней, он не собирался попадать в расставленные ими сети.

He успел Кикаха отойти от врат, как на него набросились две огромные птицы. Ему удалось серьезно ранить обеих, и это немного охладило их пыл. Тем не менее они упорно теснили его к большому кольцу в углу зала. Одна из птиц подскочила и попыталась нанести удар клювом, но Кикаха взмахом меча укоротил ей клюв на пару дюймов. Другая орлица подпрыгнула и сделала ложный выпад. Он отмахнулся мечом, едва не прозевав атаку первой птицы.

Звать на помощь было некого — остальные тоже сражались и отбивали натиск зеленых орлиц. Внезапно Кикаха понял, что ему придется войти во врата. Если он не сделает этого, один из огромных загнутых клювов нанесет смертельный удар. Две птицы обступили его с обеих сторон, и если бы он повернулся к одной из них, вторая разорвала бы его на части.

В отчаянии он еще раз взглянул на Анану и рыжебородых, но те по-прежнему находились в гуще сражения. И тогда Кикаха сделал то, к чему его принуждали обстоятельства. Он повернулся, вскочил на круглую платформу и несколько секунд отбивался от орлиц. Затем врата пришли в действие, крыло птицы ударило его по голове, и он на какое-то время потерял сознание.

Глава 16

Кикаха открыл глаза и увидел странный причудливый пейзаж.

Он находился в широкой долине, окруженной невысокими горами. Серую почву равнины и окрестных холмов покрывала желтая, похожая на мох растительность.

Над ним простиралось небо иного мира. Синее — вернее, темно-синее, почти черное, — оно поразительно отличалось от зеленых небес многоярусной планеты. Можно было подумать, что это поздние сумерки, но солнце стояло в зените. Слева от него в небе висела колоссальная башня. На ее зеленом пятиступенчатом силуэте виднелись светло-голубые пятна и широкие белые разводы того, что казалось какой-то шершавой массой. Гигантская колонна клонилась набок и чем-то напоминала Пизанскую башню.

Увидев ее, Кикаха немного успокоился. Он бывал здесь десятки раз. И только удар по голове помешал ему узнать это место сразу. Он находился на луне — круглом спутнике пирамидальной планеты.