Тем временем всплыли новые данные: Олива осознала, что её план провалился, и тут же дала комментарий, дескать, это «ОливСтрой» устроил поимку судьи. Хотя как-то, но настроить против мужа общественность.

Мы созвонились с Вешневецким и наскоро накидали план действий. Мне пришлось слить инфу про болезнь Савенко и еще кое-какие незначительные детали (которые бы и так всплыли), чтобы мой клиент отметился как лицо, помогающее следствию.

Господи, вот это был горячий час. Я придумал наитупейшую причину, почему Вешневецкому нельзя никак в разговоре с СК приплетать Яхонтову. Благо клиент доверяет мне полностью и не задает вопросов.

Слухи о том, что Савенко берет через Яхонтову, всё же дошли до СК, но не от нас. И значительно позже, давая адвокату Саши время подготовиться.

Примерно в это время я начал чувствовать левую руку, но еще неполностью, и машину снова пришлось вести одной, теперь правой, от которой успел отвыкнуть, как от основной. Чертово дежавю.

* * *

Саша заканчивает свою ужасающую партию, а мне так жаль, что песня оказалась короткой. Я бы сходил на концерт.

Разумеется, когда взяли Савенко, я догадался, что с Александрой отношения закончены.

Она ничего никогда не просила, наши отношения ей без надобности. Без надобности пытаться поверить в мою непричастность. Я бы не поверил.

Да и в первые дни это было неважно — её таскали по допросам, и я беспокоился, что если она начнет гнать на «ОливСтрой», ей могут что-то сделать.

Я беспокоился, что Савенко захочет ради принципа утянуть ее за собой, просто потому что Саша молода, умна, красива и невинна. Я ожидал подлость отовсюду.

Я беспокоился, что мой адвокат не справится, что Саша сгоряча саму себя подставит. Да еще Бог знает что могло произойти! Постоянно всплывали новые (человеческие пороки) факты.

Сейчас Армагеддон принял форму рутины, и я спокойно принимаю, что случившееся было провалом. В глазах Александры я провалился как адвокат и как мужчина.

За это я, в общем-то, и выбрал свою профессию — постоянный адреналин, непредсказуемые повороты, не утихающий азарт и оттого волнующий экстаз победы. Раньше кроме него ничего не радовало.

А сейчас мне нравится концерт.

Черт, как мне без тебя хуево, спой еще, пожалуйста.

Встряхиваю левой рукой. Спасибо Боже, что не допустил. Я знаю, ты меня любишь, несмотря ни на что. И не допустишь такого с ней. Морозец пробегает по телу.

Потираю ребра.

А потом, когда музыка стихает, хватаю цветы у тётки, что стоит с букетами на входе, и начинаю громко свистеть и хлопать.

<p>Глава 54</p>

Александра

Вижу Савелия и делаю глубокий вдох. Сердечко сжимается, пока он идет к сцене. Как он здесь оказался?

Это шутка?!

Судя по взволнованному лицу Маргариты — не её рук дело. И хорошо, что не её! Иначе бы у меня не стало еще и лучшей подруги.

Гадство. Прекрасно знаю, что пою отвратительно! Ну почему при нем?! От досады хоть ногами топай, но я беру себя в руки и с прямой спиной иду к лестнице.

В этом караоке персонал знает о моих способностях — я приезжаю сюда раз в несколько лет. Улыбаются мне кисло, но не гонят — мы всегда оставляем хорошие чаевые. И не пугаем народ по выходным.

В его руках уставшие белые розы. Музыка стихает.

Хлопают мои девчонки и он. Больше никто.

Но выглядит Исхаков настолько великолепно, что затмил бы собой целый концертный зал.

Галантно протягивает руку, чтобы помочь спуститься со сцены. Все происходит слишком быстро, я еще не отошла от выступления, и, растерявшись, опираюсь на его ладонь. Она как будто дает слабину. Всего на мгновение, после которого Савелий поддерживает меня уверенно, но я успеваю заметить. Наши глаза встречаются.

Лицо Савелия непроницаемо, он помогает сойти со сцены и вручает цветы.

- Спасибо. Я еще подумала в начале вечера: такие потрепанные розы и так дорого. Кто же их купит.

- Я выбрал самые приличные.

- Надеялась, ты скажешь: какое исполнение, такие и розы!

- Я бы так никогда не сказал. И кстати, ты меня пародируешь совершенно неудачно.

Я показываю ему язык. К нам спешат Маргарита и ее творческие подружки с работы. Поясняю: без Маргоши мы с Катей, Светой и Люсей не общаемся, но благодаря Маргарите видимся уже лет десять один-два раза в год. Неплохо ладим.

Удивительно как много людей на свете, с которыми здорово провести пару вечеров в год.

Из нашей компании лишь я и Маргарита знаем Савелия, и я представляю его как знакомого с бывшей работы. Они не в курсе, что я звонила именно ему. Мой бывший для них - фигура загадочная. Политик или женатый бизнесмен, имя которого лучше сохранить в тайне.

- Вы коллеги? - уточняют девчонки.

- Почти. Скорее, бывшие противники, - поясняю. Савелий натянуто улыбается.

Всё это время мое сердце сжато и бьется через раз. Я наблюдаю за сценой знакомства как будто со стороны, и на себя смотрю точно так же. Стараюсь не сутулиться, локти не заламывать. Его появление все еще кажется нереальным, я не понимаю, зачем он приехал, чего хочет добиться.

Есть еще что-то, о чем я не успела ему рассказать?