Читаем Личное дело полностью

С природой можно быть только на "вы". Никогда ни одного дерева не срубил. Вижу, как вырубают лес, - за каждое дерево больно. Не говорю уже о животных. Ребёнком видел, как дебил из стройбата ударял кошку об стол. Это было такое потрясение, что я даже сознание на время потерял...

Замечал, что человек, который способен сохранять в себе детское восприятие, не может обидеть другого. Он всегда умеет сострадать живому. А дети - от беззащитности - острее, трагичней, резче чувствуют злодея. Приходит в ваш дом гость, и ребёнок сразу может определить, какой он человек. Ибо изначально в ребёнке сформировано некое космическое сознание. Но вот о чём нам, взрослым, не лишне почаще вспоминать, так это о том, как травмируем мы наших детей - своим душевным отчаянием, раздражительностью, своим нервным напряжением, с которым сами не всегда умеем справляться.

Да, жизнь сейчас трудная, и часто, слишком часто мы оказываемся в тупиковых ситуациях. Такая ответственность на каждого давит, а ладится сегодня мало у кого. Сколько срывов происходит! И всё-таки, давайте думать о детях. Они совсем не защищены от той тяжёлой энергетики, которую мы вносим в дом, бучуми раздражёнными, расстроенными, удручёнными. По детским, ещё обнажённым, слабым душам это страшно бьёт - напрямую. Всё это в них летит! Они же - тут, рядом. Не умеют они ещё заслоняться от того, что мы вносим в дом. Потому негативные наши состояния переживаются ими многократно сильнее, чем нами. А мы этого часто даже не замечаем: мы собой заняты в такие минуты. И нам их переживаний не видно - того, что им сразу становится хуже, чем нам. Только объяснить они этого не могут: не понимают, что с ними творится и почему...

Легче немного тому человеку, жизнь которого строится на влюблённости. На влюблённости в детей, вообще - в людей, в природу, в собак... Тогда человек не замыкается на своём трагическом внутреннем самоощущении. Ему плохо, а он другого пожалел, и через это сам сильнее стал. И на душе у него, глядишь, посветлело...

Собак с детства очень люблю. Вы, наверно, обращали внимание, как какой-нибудь шелудивый пёс при встрече с вами в подворотне поджимает хвост. Он же боится, что вы скажете ему злое слово или замахнётесь палкой. Но когда вы посмотрите на пса тепло, произнесёте что-то ласковое, то сразу увидите преданность в его глазах. Собаки-дворняжки, по-моему, вообще самые умные животные...

В голубей влюблён. И доверчивая отзывчивость природы - она поражает бесконечно. Голуби, те, что в фильме "Любовь и голуби" - нам с ними хватило недели, чтобы привыкнуть друг к другу. Входил в голубятню, они сразу на голову садились. У меня есть фотография, где сразу пять голубей у меня изо рта воду пьют.

Жалко, очень многие великолепные вещи не вошли в эту картину. Как пастух, сломя голову, бежал к парому за пивом. А за ним неслось орущее, блеющее стадо овец... Так же не вошла удивительная по образному решению сцена в баре. В нём Василий чувствует себя настоящим "интеллигентом". Курит длинную сигарету. Посасывает коктейль через соломинку. Раиса Захаровна кокетливо перед ним приплясывает.

Вдруг Василий смотрит направо - там жена, дети. Налево - там дядя Митя с женой. Василий в ужасе. Тут неожиданно появляется голубь и бьёт его крыльями по щекам. Это был дрессированный голубь, который в момент съёмки сидел у меня на коленях, а потом неожиданно вылетал... Вася плачет горючими слезами и - в слезах просыпается в квартире Раисы Захаровны.

Конечно, очень жаль, что такие сцены уничтожены. Но хозяин картины режиссёр. Тут я сделать ничего не мог... Однако вот в чём мы с Владимиром Меньшовым сошлись: в высокой оценке ироничной интонации в искусстве. Я очень благодарен Володе за потрясающую творческую атмосферу, которую он смог создать на съёмках этого фильма. Если нация умеет подшутить над собой и делает это смело, значит она жизнеспособна. В этом смысле очень показательным был грузинский кинематограф. Сколько там юмора и самоиронии. И куда всё ушло? Не могу и не хочу думать, что это - в прошлом.

Вообще, воспоминания о съёмках фильма "Любовь и голуби" остались самые светлые. С режиссёром Владимиром Меньшовым работалось замечательно, что называется - душа в душу. Первым, кто покатывался со смеху в ответ на наши импровизации на съёмочной площадке, был Меньшов. А ведь актёры - народ очень эмоциональный, чувствительный, и когда режиссёр так реагирует на их работу, то появляется особое вдохновение! Словно крылья вырастают.

Меня потом много раз спрашивали с тревогой: "А правда, что во время съёмок этого фильма едва не приключилась трагедия?" Там была не трагедия, а смех и грех. Просто меня чуть не потопили. Помните известный кадр, когда я падаю спиной прямо из дверей родного дома и оказываюсь в воде? Рядом плавает Люда Гурченко и говорит: "Осторожно, товарищ, вы меня забрызгали, я вся мокрая с головы до пят!"