— Садись за мой стол, — сказала Свиридова. — Где это ты шляешься? Мне уже надоело нырять в болота! Я — не кикимора. Побывала ею, и хватит.

— А тебе идёт лягушачья кожа, — сказал Ковригин. — Тем более французская. Хорошо обтягивает формы. Я тебя хочу.

— Вот что, супруг заботливый, — сказала Свиридова, — я понимаю, что тебя привлекало в это заведение. Но сейчас у нас два варианта. Если ты выигрываешь, мы опять отправимся в водоёмы и болота. А я замёрзла. Если выигрываю я, у нас право на восточную баню.

— Ну и выигрывай.

— Должны соблюдаться правила. И теории.

— Я, кроме защиты Нимцовича-Уфимцева никаких теорий не знаю.

— И уловки Фишера не знаешь? — удивилась Свиридова.

— Её-то я тем более не знаю.

— Тогда играй и не выпендривайся.

Победа Свиридовой была признана законооправданной и безоговорочной, никаких сознательных уступок Ковригина выявить не удалось, и им выдали алюминиевые номерки на посещение прогретых камней мраморной бани. Вскоре голова Свиридовой лежала на бедре Ковригина.

— Тебя турнули отсюда, — сказала Свиридова, — и я тебе позавидовала. Турнули бы нас сейчас куда-нибудь. Только не на Алеутские острова. Оттуда не выберешься.

И тут на стене напротив побежали беззвучные, но отчётливые и цветные слова — гирляндами на ёлках: "У вас 15 минут. Собирайте вещи в предбаннике. Гостиничные вещи уже у нас. Выходите через дворовую дверь в ближний переулок. Там будет ждать Алина с мотоциклом. Не раздумывайте. Положение серьёзное". И слова погасли.

— Ты ещё мечтаешь, чтобы нас с тобой турнули? — спросил Ковригин.

— Нет, — сказала Свиридова. — Но опять в холод… Кто такая Алина?

— Потом объясню, — сказал Ковригин.

72

Утром, в Богословском переулке, Ковригин получил от консьержки Розы пакет-конверт с запиской фа-фа Чибикова, Лёхи.

В пакете было шесть фотографий, хорошего технического качества, известного Ковригину предмета, его боков и прочих фрагментов. Предмет этот был фамильной реликвией Чибиковых — костяной пороховницей. Лёха Чибиков сетовал на то, что никак не мог дозвониться до Ковригина, сам он — в частых командировках, сейчас улетел на Варандей, сестрица его, конечно, не выпустила реликвию из дома, но позволила её сфотофафировать, масштабы снимков даны два к одному, детали видны подробно, он, Чибиков, читает "Записки Лобастова" и понимает, что интересует Ковригина. Но определить, что за воздушный корабль изображён на пороховнице, не берётся. Обращался он и к графологам. В общем, надо встретиться, выпить и поговорить… На полях записки графа Лёхи были выведены сочетания букв — ЙИСАВИЛ и ЯИСОФ.

Теперь любой третьеклассник, любящий игры в слова, сообразил бы, что значат эти буквосочетания. ВАСИЛИЙ и СОФИЯ.