Читаем Левиафан полностью

Найлз решил, что Алисе с сенатором лучше всего действовать в качестве одной команды, ему с Вирджинией — второй, а поскольку Сара вроде бы ладит с Фарбо куда лучше, чем любой другой из них, то они двое могут составить третью команду. Идея заключалась в том, что, совершая турне по кораблю командами, они смогут охватить гораздо больше, а заодно хотя бы осложнят жизнь соглядатаям, которые наверняка с них глаз не спустят, потому что преследование трех групп доставит им куда больше хлопот, чем они рассчитывали. Найлз подчеркнул факт, что они здесь пленники, а не гости. И теперь их задача отыскать способ выбраться из этой мореплавающей тюрьмы.

Найлз и Вирджиния должны были первыми прогуляться в командный центр. Войдя и впервые увидев центр вблизи, они поняли, что он ничуть не похож ни на одну субмарину из тех, что им доводилось видеть прежде. Центр оказался в тридцать раз больше, чем декорация палубы звездолета «Энтерпрайз».[12] Ни первого помощника Сэмюэльса, ни капитана Эрталль на вахте не было.

На палубе было тихо, даже чересчур, поскольку операторы работали на своих постах молча. Найлз углядел человека, стоящего рядом с голографическим картографическим столом. Система походила на их визуальные карты в группе «Событие», только была заметно компактнее и не использовала систему распыления тумана. На ней был представлен фактический трехмерный вид ледяной шапки, окружающей «Левиафан».

— Знаете, а я помню, когда был еще ребенком, первый полярный переход корабля ВМФ США «Наутилус», — громко сказал Найлз, чем привлек внимание не только человека у картографического стола, но и нескольких операторов на погруженных в сумрак постах. Он заметил, что в их взглядах нет и намека на враждебность, да и на раздражение оттого, что он нарушил молчание. Наоборот, они оказались очень вежливыми и расцвели улыбками.

— В самом деле, сэр, — оживился молодой человек у картографического стола, посмотрев на Найлза и Вирджинию. — Боюсь, я тогда еще не родился, но могу себе представить, как взволнован был мир этой новостью. Мать и отец капитана Эрталль — на самом деле они следовали за «Наутилусом» во время его плавания подо льдом — хотели убедиться, что ему не угрожает никакая опасность. Они были страстными поклонниками программы атомных субмарин и желали ей успеха. — Он огляделся чуть ли не смущенно. — Во всяком случае, так нас учили в Морском кадетском училище Эрталля.

Найлз лишь головой тряхнул, переведя взгляд с молодого офицера с норвежским акцентом на остальных, с любопытством глядевших на них с Вирджинией. Несколько из них были так же юны, как и старшина Альвера; стажеры, решил он про себя, им и двадцати нет, а значит, наверняка и кадеты. Вот они-то не казались столь же заинтересованными ни Найлзом, ни воспоминаниями штурмана. Их взгляды были почти враждебны, и не только к ним двоим, но и к членам команды, прислушивающимся к разговору.

— Ну, я помню, во всяком случае, как отец показывал газетный заголовок, я и сам тогда был совсем маленький. Но в ответ на вашу реплику — да, мы очень гордились, во всяком случае, мой отец. Он был инженером-конструктором, и помню, как он говорил: «Теперь мир перед нами открыт».

Техники, переглядываясь, с улыбками кивали. Казалось, им искренне интересны воспоминания Найлза о тех временах. На сей раз Вирджиния заметила, как обмениваются взглядами юные кадеты, и почему-то эти взгляды дружелюбными отнюдь не казались.

— Я лейтенант Стефан Когерсборг, вахтенный начальник и дежурный по кораблю. А вы, должно быть, доктора Комптон и Поллок?

Вирджиния вежливо кивнула.

— Хотите увидеть наше местоположение? Я буду весьма рад показать вам, где мы находимся.

Найлз с Вирджинией подошли к столу, и молодой офицер показал на полярную шапку над ними, подцвеченную светящимися линиями.

— Как видите, толщина льда над нами варьируется по глубине и толщине. Наблюдаются очень мощные торосы, очень опасные для субмарин, даже таких больших, как «Левиафан». — Он провел пальцами вдоль трехмерного абриса льда наверху. Потом указал на миниатюрную версию субмарины далеко внизу. — Капитан приказала снизить скорость вдвое, до семидесяти узлов, из соображений безопасности, — совершенно серьезно сказал он.

Найлз пригляделся к голографической симуляции поближе.

— Вот здесь у нас «Левиафан»? — указал он. — Господи помилуй, на какой же мы глубине?

Вахтенный офицер нажал кнопку, и рядом с движущимся судном появилась масштабная линейка.

— В настоящее время — на четырех тысячах пятистах футах.

Цифры Найлза ошарашили.

— Можно… можно спросить, как вы достигаете такой глубины и не превращаетесь в лепешку?

Когерсборг с трудом удержался от смеха. Найлз и Вирджиния слышали, как остальные операторы — за исключением кадетов — хихикают на своих постах, а многие перемигиваются.

— Я сказал что-то забавное?

Офицер нарочито кашлянул. Операторы умолкли и вернулись к своим сканерам и мониторам.