Читаем Левенхет полностью

Бежать по коридору, оставленному фрюдером, было глупо. Уж слишком он был быстрым, поэтому Марк свернул на другую дорожку, уходящую вправо, судя по звукам они направлялись именно туда. Ориентироваться сложно, приходилось несколько раз сворачивать в разные коридоры этого петляющего лабиринта и каждый раз менять направления, слыша звуки воющего червя в другой стороне. Вся эта ситуация превратилась в бессмысленные догонялки в которых Марк был невыгодным, для любой команды, игроком. Коридор, по которому он бежал, был слишком длинным, и из-за усталости ему пришлось остановиться, дабы перевести дух. Воздушный пузырь на его голове стал значительно меньше, так что до него можно было дотронуться своим языком. Воспроизводить воздух из магических потоков гораздо легче, чем огонь и воду, поэтому пополнить запас воздуха в пузыре оказалось проще простого.

Не успел он убрать ладонь от головы, как вдруг вопль фрюдера раздался где-то совсем рядом, и в следующий момент он на полной скорости выскочил справа от мальчишки. Марк налетел на его морду, оставаясь на фрюдере прямо лицом на глазе, и уже продолжил путь вместе с ним. Он почувствовал, как кто-то схватил его за воротник и потащил наверх. Это был Бракас, вонзивший свою секиру в голову червя и державшийся за неё, чтобы не упасть, чему также последовал и Марк.

— Вот где бы ты так ещё попробовал, антиец!? — неизвестно как, но Бракасу удавалось перекрикивать червя, — Разве в вашей захудалой стране есть возможность поездить верхом на фрюдере!?

— По-твоему это развлечение!? Это какое-то безумие! Если выбирать между спокойной жизнью атийского фермера и этим, то я само собой выберу первое!

— Ладно, хрен с тобой! Ты всегда был ужасно скучным!

— Где Шила? Она внутри? Её необходимо срочно вытаскивать оттуда!

Фрюдер взревел ещё больше, слегка затрепав головой, а откуда-то снизу раздались неприятные хлюпающие звуки. Схватившись крепче за рукоять секиры, Марк высунулся вниз и заметил лезвие ножа, прорезавшее фрюдеру второй рот на левой щеке, под прямым углом, соединявшимся с первым. Нож скрылся внутри, после чего оттуда вылезло четыре серые руки, проделывая ещё большее отверстие, из которого наполовину появилась Шила в маске, обляпанной жёлтой жижей.

— Прости, Бобби, — сказал она, — но в тебе слишком жарко.

— Шила, ты жива! — обрадовался Марк.

— Конечно! Его челюсти такие мягкие и так забавно щекочут! Но, не отрицаю, что, по сути, он хотел меня слопать.

— В сторону, странная женщина в маске! — закричал Бракас устойчиво становясь на ноги, не отпуская секиру, чтобы не упасть, — Сейчас я окончательно раскрою ему тупую башку! Марк, найди себе другую держалку!

Шила воткнула свои ножи в тело червя, полностью засовывая руки в мягкую плоть, после чего окончательно вылезла наружу, повиснув слева на огромной туше. Как только Бракас собирался выдернуть свою секиру из макушки здоровяка, то он неожиданно для всех на мгновение остановился и резко запрокинул переднюю часть туловища назад, становясь на дыбы. Спасло то, что Марк так и не отпустил древко секиры, удержавшись наверху, но вот Бракасу не повезло, и он вновь отлетел куда-то в поле, но на этот раз гораздо выше.

* * *

В какой-то момент, со стороны поля снова раздался грозный вопль, и, посмотрев в ту сторону, Виктор с Фимало заметили, как Бракас опять отправился высоко в полёт, больно рухнувшись в шнах. Это зрелище от души развеселило их, и Виктор передал свою дымящуюся трубку Фиме, который затянулся ею, так и не сумев унять смех, из-за чего сильно закашлялся.

— Второй раз уже! — прокомментировал Виктор, — Не так высоко, как аэропланы Поднебесного, но ведь надо же с чего-то начинать!

— На-чи-на-ть, — по слогам произнёс Фимало, — блин, ты не замечал, что если долго произносить одно и то же слово, то на-чи-на-ешь искренне не понимать какого чёрта они так называются? Прикол в том, что мне сейчас и одного раза хватило!

— О! Эти слова я уже слышал, в Крове кажется?

— Откуда мне знать, дружище?

— Забыл? Это же было с тобой! Как там её звали? Алима кажется… Или Алика.

Наёмники рассмеялись, чуть ли не катаясь по траве, и только земельник Боппи спокойно сидел рядом и с отвращение смотрел на раскольников, но при этом также курил трубку со шнахом.

— И чего он на вас так действует? — удивился он, — У ваших друзей видимо не всё проходит гладко.

— Гла-дко, — снова по слогам произнёс Фима, — про-хо-дит.

— Интересно, а у земельников кожа на самом деле такая стрёмная, или по-своему глад-ка-я? — с очень задумчивым видом спросил Виктор.

* * *