Дева неба по пояс скрылась в траве и спокойно наблюдала за морем. Вид был замечательный. Роберт аккуратно присел рядом, без слов. Он побоялся нарушить этот момент, эту песню приливов воды и потоков ветра. Ему показалось, что сейчас Онвир в необычном состоянии. Об этом ему сказала расслабленная поза девушки, откинутый в сторону темный клинок, задумчивый взгляд. А самое главное — живое лицо, не каменное и словно безразличное, как он привык видеть. Он было умиротворенное, но при этом брови говорили о задумчивости.

— Мастер, если вам придется выбирать между возможностью разорвать контракт со мной и добиться своих целей, что вы выберите? — нарушила тишину Онвир.

— Неожиданно, — помедлив, сказал Роберт. — Сильно надеюсь, что такого выбора не будет. Но выберу твою свободу.

— А если придется выбирать между тем, что просил сделать глава, и мной? — сразу спросила дева неба.

— Я тобой рисковать не буду. Нет уж, — хмуро ответил странник. — И никем не буду.

— Но если это будет необходимо? Если выбора не будет, — посмотрела в глаза Онвир.

— Значит пусть все идет к черту. Это все череда случайностей, что привела нас к этому. И ты не должна страдать из-за меня. Если все пойдет скверно, значит, мы переждем этот гребаный потоп смерти в небе. Вместе, и никак по-другому, — Роберт не отводил взгляд от глаз девушки.

— Вы думаете, случайность и то, что вы — мой мастер? Все, что было, не случайность. И никогда этим не было, мой мастер, — спокойно сказала Онвир.

— Да без разницы. Мы можем гадать сколько угодно. Нет смысла думать. Все равно все пойдет черт знает как. Но такие жертвы — это не выход. Знаешь, смотрю на этот закат, это возможно последний раз, когда мы так спокойно можем сидеть и разговаривать. И сейчас, хоть это и неправильно, но я хочу сделать кое-что. Извини меня.

Роберт одним движением прижал к себе черноволосую девушку. Их лица стали совсем близко, как и их души. Странник чувствовал немного холодный аромат цветов. Но такой приятный для него. Он крепко сжал ладонь Онвир и замер. Она смотрела ему в глаза синим океаном, отражавшим бесконечное звездное небо. Она не сопротивлялась.

— Я бы жалел потом, если бы это не сделал. Хоть и нарушил свои правила, — улыбнулся странник, сильней прижимая к себе деву неба.

Онвир промолчала, её лицо не отражало ничего. Странник глубоко вздохнул, ослабив свои объятья.

— У меня есть просьба, мой мастер, — немного помолчав, сказала черноволосая. — Если вам все же придется выбирать, выберите не меня, а шанс для людей. Я не смогу противиться вашей воле. Но я хочу именно этого. Я хочу за это сразиться. Ведь все не случайно.

Роберт замер неподвижно, смотря в далекую точку где-то в море, точку, что скрывалась все быстрей во тьме.

Глава 7

Снег беспощадно засыпал огромный Левант. Остроконечные крыши башен терялись в хлопьях снегопада, сообщая о себе огнями в окнах. Деревья озябли и потеряли часть листвы. Снег хрустел под сапогами Гидеона, сад рядом с главным зданием был пуст. То с одной, то с другой стороны горные заснеженные хребты пронзали небо. Бывший комендант ополчения сильней задрал воротник с овечьей шкурой, медленно подойдя к дальнему краю ограды, через которую было не перелезть. А если это и сделать, то за ней была лишь пустота. Флагманский Левант Герборта приближался к северному пределу. Гидеон походил на месте, вытоптав себе в снегу небольшой участок и достав темную деревянную трубку, медленно, будто смакуя, закурил её. И начал пускать огромные клубы синеватого дыма, иногда делая из них кольца. Так продолжалось некоторое время, пока в одном из клубов дыма не возникла свернутая записка и не упала рядом. Мужчина осмотрелся: в темноте под светом луны все было белым-бело и никого не виднелось. Взяв записку, делая вид, что он обронил мешочек с табаком, Гидеон быстро её развернул. Прочел. Сжег.

В небольшом письме было сказано, что последняя птица взмыла в небеса и готова прибиться к стае. Молодой птице нужна поддержка. Как и другим, которые выбирают не бежать от зимы на юг.

Мужчина прошел немного вперед. Несколькими ударами об ствол березы выбил пепел из трубки. Обновил содержимое. Закурил зеленоватым дымом. Пуская кольца дыма в одну и ту же сторону. Снег ему сильно мешал. В какой-то момент он быстро протянул руку с листком в пустоту и листок исчез. Гидеон потушил трубку и сильно закашлял. Покачал головой, его лицо искривилось, словно ему стало больно.

— То еще удовольствие, — прохрипел мужчина.

***

Было удивительно, как Антарес поднялся в небо. Первый полет после пленения дегдуса был странным. Все тряслось, а Левант мотало из стороны в сторону, как пьяную муху. Но теперь кусок земли, покрытый камнем, длиной около ста шагов, с легкостью и плавностью достиг облаков. Солнце наполнило своими лучами все вокруг, а Роберт еще не до конца верил в происходящие. Антарес летел и не переставая набирал скорость, будто весил как пушинка, которую подхватил ветер.

— На какое-то время хватит, мой господин, — послышался голос Рики, что только что поднялась из центра ядра.