— Н-да! Наш командующий стар душой и телом, — со вздохом сказал Удело. —С таким вождем армия ничего не сумеет сделать. За все это время маркиз палец о палец не ударил. В последний момент решился-таки послать мою бригаду навстречу Стюарту, но запретил мне атаковать его. Конечно, Стюарт ползет, словно улитка. У него плохо с тягловым скотом. Но в конце концов он доползет до Перумаккала, и тогда попробуй выкури его оттуда...

— Когда выступаете? — спросил д’Оффлиз.

— Завтра утром. Буду любоваться, как пылят по дороге солдаты и обозы Стюарта, — невесело усмехнулся Удело. — Кстати, не кажется ли вам, граф, что маркиз ошибается в отношении Типу? Ведь что ни говори, он единственный наш союзник в Индии. На кого еще мы можем здесь опереться?

Д’Оффлиз ответил не сразу. Он был знаком с Типу не один год и был о нем высокого мнения. По правде говоря, не снабжай Хайдар Али и Типу французскую армию деньгами, провиантом и скотом, ей пришлось бы туго. А Саид Сахиб — один из командиров Типу, занят сейчас борьбой с полковником Фуллартоном в Южном Майсуре. Быков и кавалерии у него в обрез, но он все-таки делится ими с союзниками...

— Право, маркиз несправедлив к Типу Султану, — сказал он, наконец. — В сущности, дело не в Типу, — а в нас самих. Увы! Мы упускаем одну за другой хорошие возможности разбить англичан, а стало быть, и шансы закрепиться в Индии.

До слуха офицеров вдруг донесся громкий солдатский разговор.

— Я бы вышиб его из лагеря под зад коленом, — говорил кто-то молодым задорным голосом. — Не генерал, а старая баба! Ему бы ворошить кочергой в камине...

Послышались смех.

— Тебя бы на его место, Бернадотт!

— Что ж — я не прочь! Я бы тотчас же выступил навстречу островитянам и задал им перцу. А маркиза —в обоз!

Солдаты снова засмеялись. Д’Оффлиз, подавляя невольную усмешку, гаркнул в темноту:

— Кто там треплет имя главнокомандующего? А ну, канальи, ко мне!

Солдаты с топотом кинулись прочь. Было слышно, как один из них свалился в ров, потом, охая, выбрался оттуда и побежал догонять товарищей. Через несколько мгновений все стихло.

— Вот вам еще и солдатское мнение, полковник, сказал д’Оффлиз. — До свидания, мне направо.

— Спокойной ночи, граф!

Гарнизон запирается в форте

Мэттьюз продолжал успешное наступление. Фирманы Шейх-Аяза делали свое черное дело. Без боя сдались англичанам неприступные горные гнезда и мелкие укрепления провинции. Сопротивление захватчикам оказал лишь Анантапурам. Однако и он не устоял. После недолгой обороны Анантапурам был взят штурмом. Город был разгромлен и сожжен, а защитники перебиты.

Но уже близился час возмездия. В окрестностях Беднура появились конные отряды Лютф Али Бега. По лесным чащобам, по заброшенным копям, в которых древние рудокопы добывали драгоценный желтый металл, по околицам опустелых деревень они начали собирать разбежавшихся беднурских сипаев, которые отказались идти за Аязом.

Сквозь дремучие леса пробились в провинцию и совары Хамида. На своих гривастых лошадках они сделали переход к Анантапураму и вдруг наткнулись на вражеский обоз.

— Погодите, ребятки! — успокаивал своих людей Хамид. — Слава Аллаху — они нас еще не видели. Садык, возьми-ка ты человек двадцать и зайди с другой стороны. Как окажутся они вон у того камня, я выскочу из леса. Бей тогда им в спину. Понял?

— Понял, Хамид-сахиб!

— Обходи их спереди, а не с тыла. Отставшие ангрезы могут поднять тревогу. И не горячись, Садык! Тигр, готовясь к прыжку, долго подбирает под себя лапы, зато не делает промаха... — напутствовал джукдар молодого совара, который во главе небольшого отряда галопом понесся в обход.

Из-за деревьев луути-вала глядели, как ползут по каменистой пустоши тяжело груженные арбы и красными муравьями движутся ангрезы. До них доносились окрики возниц и скрип колес.

У большого валуна обоз растянулся вдоль дороги. Джукдар поднял руку.

— Пошли! — крикнул он и пришпорил коня. — Аллах-о-акбар!

Совары с громкими криками устремились на вражеский обоз.

При виде лавины всадников, грозных длинных пик с вьющимися на ветру значками красные фигуры всполошились. Забил барабан. Ангрезы строились в две шеренги. Еще минута, и они градом пуль отразят атаку... Вдруг за спинами у них раздался бешеный конский топот, яростные выкрики и пронзительный свист...

Ангрезы дрогнули. Кое-кто из них побежал искать спасения к арбам. Командир ангрезов выстрелил из пистолета в совара, который мчался во главе отряда, напавшего с тыла. У того слетела чалма, однако сам он остался в седле. Совары закружили среди охваченных паникой вражеских солдат, обрушивая на их головы неотразимые сабельные удары...

Через минуту все было кончено. Совары вязали краснолицых людей с рыжими бородами, которые успели побросать мушкеты и поднять кверху руки. Их осталось совсем немного.