Читаем Летописи миров полностью

Да, действительно, сомнений нет, вот они, нынешние Верховные Хозяева всего Сущего: Имеющие сотни имен, и прозвищ, в сотне миров. Этот вот здоровяк с с пылающим взором, — скорее всего сам Лучезарный, на шее у него красивая цепь на которой покоится хрустальный шарик. От шарика, преобразуясь на многочисленных гранях исходит приглушенный свет, и нет сомнений что в случае надобности он полыхнет так ярко, словно зажжется новое солнце… Женщина рядом с ним, стоит невероятно горделивая, ее тонкий стан опоясывает пояс, выполненный из очень странного материала, весьма искусно. Ее осанка и широкие бедра, говорит о том, что это Рожаница, представляющая собой своеобразный символ родючести Нижних Земель, она же и Мать всех неразумных существ.

Вот они рядом, те, кто грозил ему еще из-за грани, те кто поверг его друзей и приятелей, те по чьей указке была уничтожена Славия, и самое главное именно они теперь пытаются посягнуть на его империю. Гнев охватил всю его суть, Рус, ощутил, как горячая волна поднимается от его груди к голове, желание призвать "Ракар" и начать разить, было невероятно сильным, но он сдержал этот порыв. Медленно стараясь запомнить все приметы, он обвел взглядом всех стоящих перед ним.

А тем временем, уже другая богиня, не выдержав затянувшейся паузы, надменно проговорила:

— Смертный ты что оглох?

Априус посмотрел ей в глаза, наполненные казалось мириадами крошечных искорок, и вдруг ясно ощутил, что это отражается блеск тысяч и тысяч звезд, повелительницей которых она является…

Видя, что он, ни как не отреагировал на ее слова, богиня начала мягко и быстро обходить, загораживающего ей дорогу, Владыку Ветров, в правой ее руке возник светоч, а левая уже начинает двигаться в повелительном жесте.

— Сестрица, погоди-ка! — Впервые подал голос ясноокий, обжигая Руса, своим пламенным взором. — Давай послушаем, что он нам скажет, в свое оправдание. Может явился с повинной.

Он уже несколько иначе, посмотрел на Априуса, осознав, что тот сумел выдержать его обжигающий взгляд, и кивнул:

— Можешь говорить. Я разрешаю.

Рус, быстро глянул на остальных богов и богинь, скользнул взглядом по лицу нахмуренного, здоровяка, не с такой рельефной мускулатурой, как у Лучезарного, а еще более впечатляющей. Он был крупнее и казался просто горой мышц. Этот бивень, в нетерпении, похлопывал обухом своей секиры, с короткой рукоятью, по своей ладони, видимо подстегивая дерзкого человечишку к почтительному ответу.

Таким императору и запомнится молчаливый, Владыка Потусторонней части Бытия. Остальные, видя заминку пришельца, и не сочтя дальнейшее событие интересным, растаяли в воздухе прямо на глазах Априуса. Оставшаяся пятерка, с всевозрастающим гневом взирала на Априуса. Из ниоткуда появились тяжелые цепи, из обычного сыромятного железа, стремительно, словно атакующие змеи, они устремились к неподвижному чародею.

Была ли у императора Темных Миров, заготовленная речь, или нет, он уже не помнил, невиданная до селе злость и ярость окончательно, затмили разум последнего Эльдариусийца.

— Это перед кем я должен склониться? Перед вами, выскочками из не пойми откуда? Получившими свою власть только лишь потому, что, местные боги оказались существами, которым не чужда честь и храбрость, а удар исподтишка считался нелепостью? Или вы считаете что, придумав сказку о том, что якобы были созданы, чтобы повелевать Сущим, как лучшие из Творений Создателя, и потому, можете заполучить покорных и безропотных рабов? Да хрен вы угадали.

Не применяя ни какой волшбы, Априус прыгнул вперед. Базируясь сугубо на уверенности в своей правоте, и держа в голове воспоминания об истинных подручных Создателя, таких как Альтар и его сподвижник. Правитель Царств Ночи во мгновение ока, превратился в бесстрашного, не раздумывающего бойца, который двигался быстрее тени. Он короткими хлесткими ударами, отпустил по пощечине, каждому из оставшихся Богов, и Богинь, и только "Бледному" заехал в зубы кулаком.

Его порыв был настолько священен, и неистов, что никто из так называемых Владык, ни чего не успел противопоставить. Они просто не почувствовали для себя ни какой угрозы, и не успели отреагировать. Но оскорбление было нанесено.

Цепи так и не смогли его сковать, и бесполезно дергались, пытаясь обвиться вокруг ног, или оплести торс.