Читаем Летопись 3 (СИ) полностью

  - А за компанию! Кроме того, она тоже руку приложила. В общем так, убить вас я успею всегда, а пока поживете здесь, привыкните друг к другу. Альтернатива такова — делать то, что я скажу или быть скормленными мутантам. У меня тут не только гиенолюди. Есть еще крысолюди, они тоже приучены к человеческому мясу. Впрочем, есть третий вариант — пойти на запасные части для других. Вы молоды, здоровы, на ваших потрохах можно заработать.

  - И сколько же мы будет привыкать друг к другу?

  - До завтрашнего утра, сегодня я занят.

  - Ага, - кивнул Денис.

  Он взглянул на Анну. Девушка сидит ни жива, ни мертва, в широко открытых глазах ужас, руки дрожат.

  - Ага, - повторил Денис. - А ты не мог бы рассказать, где мы сейчас и что тут происходит? Какой вообще смысл вот всего этого? - сделал он широкий жест руками.

  - Могу, - ответил Янкель.

  Он по прежнему сидел с надвинутым на лицо капюшоном и прятал руки в рукавах, говорил безжизненным ровным голосом.

  - Это моя вторая по размерам — но не по значимости! - лаборатория. Вернее, завод. Производство. Расположено на Урале, точно не скажу где, вам знать не надо. Когда-то здесь добывали оптический кварц, еще что-то - неважно! Образовалась целая система сообщающихся пещер разной длины и размеров. Идеальное место для объекта, где чужое внимание нежелательно. Немного расширили, добавили, укрепили и получилось, на мой взгляд, очень неплохо.

  - Как же тебе разрешили такое?

  - Странный вопрос! - колыхнулся капюшон. - Чиновники везде и всегда одинаковы. Цена невысока, объект не представлял никакой ценности, близлежащий городишко умирал от безработицы и безденежья. Да ко мне очередь выстраивалась от желающих подписывать самые разнообразные разрешения. Экология там, природоохрана, союз шахтеров ветеранов, росавтодор — перечислить всех и часа не хватит! К тому же тут сохранились пещеры, в которых какая-то соль осталась, дышать ей очень полезно. Так говорят. А на склоне горы соорудили эту, как ее, горку с подъемниками. Кататься на лыжах. Честно говоря, я вначале даже пожалел, что связался с эти делом. Столько народу привалило с проектами, что пришлось всерьез заняться бизнеспланом! А от скольких придурков пришлось избавиться — страшно вспомнить!

  - В каком смысле «избавиться»? - поинтересовался Денис.

  - Отвадить. Они же упорные, придурки-то! - пояснил Янкель. - В конце концов все устаканилось, комплекс отстроили и запустили в эксплуатацию. Да, чуть не забыл! Даже миниреактор на холодном термояде установили, чтобы ни от кого не зависеть.

  - Как там? - мотнул головой Денис.

  - Да, как там, - ответил Янкель. - Только вот добраться до него будет не так просто, как там! Одним словом, то, что вы увидели это лишь малая часть того, что построено. Но - самая важная!

  - И ты продолжаешь здесь свои опыты?

  - Нет, - колыхнулся капюшон, а в голосе послышались торжествующие нотки. - Опыты почти закончены. Идет, так сказать, окончательная шлифовка.

  - Так здесь инкубатор!?

  - Да. Но не в том виде, как его обычно представляют.

  - То есть тут нет толпы беременных женщин и одного осеменителя, как раньше. Здесь … подожди, это дом для семейной пары!

  Денис встает с кресла, делает шаг навстречу Янкелю. Розенфельд едва заметно шевельнул правой рукой, тотчас двери распахиваются, на пороге возникает тот самый водитель мутант. На оскаленной морде горят глаза, раздается нетерпеливое повизгивание.

  - Тебе лучше сесть, - деревянным голосом произносит Янкель.

  - Ладно, сажусь, - махнул рукой Денис. - Твой барбос, конечно, сильнее меня. Но объясни, как это понимать? Ведь ты хотел возродить именно свой народ.

  - Я так и делаю. Просто решил немного изменить задачу. Видишь ли, не так важно возродить нацию. Важно возродить дух и душу народа. Оболочку легко изменить, а вот поменять содержание намного сложнее.

  - Ты как-то сложно выражаешься, Янкель. Скажи проще — оболванить, - криво улыбнулся Денис. - И насчет оболочки … сними-ка капюшон!

  Розенфельд поднимается с кресла, сгорбленная спина выпрямляется, отчего выпячивается круглый живот. Руки высовываются из рукавов — чего это синие перчатки напялил? - подумал Денис. Пальцы касаются краев капюшона, ткань ниспадает на спину. Анна вскрикивает от страха, уже не сдерживаясь и вцепляется в руку Дениса.

  - Господи, что с ним!?

  - Не знаю, - пожимает плечами Денис. - Ты покрасился, что ли?

  - Имидж сменил, - буркнул Розенфельд.

  Открытые участки тела Янкеля были синего цвета с серым налетом, словно пылью припорошенные, лицо покрыто мелкими фурункулами и тоже грязно-синее. Волос на голове нет, не то выпали, не то сострижены.

  - Что это такое? - спросил Денис.

  - Генетическое заболевание, известное как метемоглобинемия. Плюс неопределенное заболевание кожи, выражающееся в повышенной фурункулизации, - обстоятельно ответил Янкель. - По правде говоря, я не знаю, что происходит с моим организмом, каковы причины подобных явлений и как их лечить.

  - То есть наследственное?

  - Возможно. Или случайная комбинация ядов, полученная в ходе опытов.

  - Ты проводил опыты на себе? - удивился Денис.