Читаем Летопись 2 (СИ) полностью

  – Этого не может быть!!! – шепчет Алексей, совершенно забыв об осторожности. Мощный подзатыльник возвращает в реальность, в голове гудят колокола, в глазах темнеет. Зрение возвращается, когда позолоченная лестница вползает в днище, хрустальная дверца закрывается. Карета устремляется ввысь, а к обмазанному “высочайшим” дерьмом надсмотрщику приближается процессия на сигвеях – четверо полицаев (красные шорты, красные бронежилеты на голое тело, красные сандалии и кепки, гибкие дубинки из черного пластика на поясе). Один из полицаев держит в руках сигвей в сложенном виде. Надсмотрщик по-хозяйски принимает транспортное средство и в сопровождении почетного эскорта полицаев убывает, оставляя на память неудачникам стойкий запах говна. Рабы расправляют согнутые спины, невезучие надсмотрщики истошно орут и хлещут кнутами.

  – И что это было, Носотрас? – вполголоса спрашивает Алексей. – То есть не соблаговолите ли объяснить, господин Носотрас, что это было?

  – Акт священнодействия, тупые недочеловеки! – напыщенно, как в дешевой экранизации Шекспира, отвечает надсмотрщик. – Труд освобождает от тупости, поэтому марш в шахту! С этого момента вы работаете на добыче соли.

  Взгляд и выражение лица Носотраса таковы, что Алексей понял все. Хватает за руки друзей, которые ошалело смотрят друг на друга – на шахту-то за что? - и тянет за собой. За громким названием “соляная шахта” скрывается дыра в основании скалы примерно в полукилометре от строящейся дороги. Каменной соли там немного, надо кирками сбивать соляные наросты и тачками вывозить наружу, где очищают от извести и глины. Работенка та еще, зато прохладно!

  – Какого … – рычит Знаменский, но предостерегающий взгляд Алексея останавливает словоизлияние пополам с матом. Денис кивает и стучит пальцем за правым ухом – враг не дремлет, чувак!

  Пещера встречает прохладой, запахом пыли и солоноватым вкусом на губах. С обнаженных тел пот льет ручьем, смешиваясь с машинным маслом и грязью. Вид у всех троих такой, что покажись в людном месте – слабонервных кондратий хватит! Через пару минут появляется Носотрас. Он тоже пробежался, но злобное солнце африканской пустыни ему нипочем.

  – Даже не вспотел! – бурчит под нос Знаменский.

  – Соленую воду надо пить, – небрежно отвечает Носотрас. – Идите за мной!

  Пещера уходит вглубь земли, тускло горят смоляные факелы в стенах, на потолке струится черный дым. Носотрас шагает не оглядываясь. Сворачивает в какую-то щель, которая сужается так, что приходится идти боком. Кристаллики соли царапают кожу, оставляя зудящие ранки. В проходе темно, двигаться можно только на ощупь. Стены расходятся, вытянутые пальцы замирают в пустоте. Тотчас вспыхивает факел, освещая полукруглую комнату с конусовидным потолком. В середине чернеет отверстие, из которого тянет запахом пустыни. Алексей проходит на середину, оглядывается – вдоль стен расположилось несколько плетеных топчанов, есть стол, пара плетеных табуреток. Стены комнаты разрисованы белой и красной охрой – какие-то цветы и пирамиды. Рисунки сделаны кустарно, автор явно не профессиональный художник.

  Носотрас зажигает еще факелы, жестом предлагает сесть.

  – Здесь можно говорить, нас не услышат, – сообщает он.

  – Толща земли экранирует, – понимающе кивает Алексей. – Ладно, так что произошло там, на дороге?

  – Иногда сверхлюди развлекаются тем, что наблюдают за казней раба. Если палач понравится, ему позволяют подняться на одну ступень. Но надо обязательно доказать свою преданность. То, что мы наблюдали и есть доказательство преданности.

  – Ее доказывают только так?

  – Зависит от фантазии конкретного сверхчеловека.

  – То есть, может быть и похлеще?

  – Почему ты с нами разговариваешь, Носотрас? – вмешивается в разговор Знаменский.

  – Потому что вы не простые рабы, – отвечает надсмотрщик с усмешкой. – Вы попали сюда не так, как остальные. А еще на ваших лицах крупными буквами написано, что вы хотите поубивать тут всех. Особенно у тебя.

  – А ты?

  – Я тоже, – сознался Носотрас.

  – Как ты сюда попал?

  – Я воевал за освобождение Техаса, Калифорнии, Нью-Мексики, Юта и Колорадо, исконных мексиканских земель. Попал в плен к янки, меня выкупили агенты города богов и я оказался здесь.

  – Сразу надсмотрщиком? – иронично улыбнулся Знаменский.

  – Да. Я хорошо воевал – бил врагов при малейшей возможности, не брал пленных и берег жизни своих солдат.

  – Носотрас в переводе с испанского означает “мы”, “с нами”… Это имя или прозвище? – спросил Денис.

  – Прозвище, – улыбнулся надсмотрщик. – Так меня звали солдаты между собой. Я не отгораживался от них, спал на голой земле, ел из одного котла и дрался вместе с ними. Ну, а вы-то кто такие?

  Рассказ Алексея был короток, без подробностей. Носотрас выслушал молча, изредка кивая.

  – Вы не убьете Мордерера, – сказал он после короткого молчания. – Просто не доберетесь до него. Эти штуки в голове убьют вас, как только хотя бы одни из сверхлюдей почувствует опасность.

  – Это микрокомпьютеры, объединенные в одну сеть? – уточнил Знаменский.