Читаем Летний сад полностью

– Понимаю. Ты не слишком это умеешь, да, майор? – Они зашагали от вертолета, и Рихтер покачал головой. – Надо же, сколько ты всего с собой прихватил! Ты просто с ума сошел. Ты же знаешь, что можешь взять все нужное здесь. Посмотришь на нашу оружейную. Команды наземной разведки на выходе вооружаются на медведя.

Александр кивнул, поняв эту «медвежью» метафору:

– Я же не знал, что вы так хорошо экипированы. Но я должен как можно скорее поговорить с тобой и лейтенантом специальной группы Энта, Том.

– Идем, – сказал Рихтер с видом легкой покорности.

Они от взлетной полосы отправились к ряду аккуратных офицерских бараков.

– Лейтенант Элкинс и сержант Мерсер уже тебя ждут. С нетерпением.

База была окружена забором и колючей проволокой, здесь все было организованно и функционально: стоянка вертолетов, взлетная полоса, госпиталь, почтовое отделение, жилища офицеров, бараки рядовых, штаб командования, места хранения оружия, тренировочная площадка, – и все это располагалось на территории в три футбольных поля.

В отведенном Рихтеру большом помещении было вполне удобно: письменный стол, стулья, стол для совещаний, карты, книги, шкаф со стеклянными дверцами, наполненный напитками. Александр увидел там двоих мужчин. Невысокий крепкий парень был старшиной особого отряда Энтони. Его звали Чарли Мерсер, и при малом росте и коренастости он выглядел упрямым, – наверное, он сам назвал бы это стойкостью, но Александру он показался просто несговорчивым. Мерсер помалкивал. Почти ничего не говорил.

Второй солдат, молодой, худощавый, симпатичный, оказался Даном Элкинсом. Александр знал его по письмам Энтони. Почему-то Элкинс показался Александру ужасно молодым, даже моложе Энта. Слишком молодым для службы в армии. Он жевал резинку, пуская пузыри, и сразу проявил полное дружелюбие.

– Сколько вам лет, лейтенант? – спросил Александр.

– Двадцать семь, сэр.

Этот парень, выглядевший слишком молодо для службы в армии, был старше, чем Александр в момент возвращения в Соединенные Штаты, после десяти лет безжалостных кровопролитий. Александр опустил голову.

Элкинс готов был к зрительному контакту. Мерсер вообще не смотрел в глаза.

– Что не так с этим парнем? – шепотом спросил Александр Рихтера.

– Ты здесь легенда, майор Баррингтон, – с улыбкой ответил Рихтер, раздвигая бумаги на столе совещаний.

– Я?!

Александр уставился на Элкинса и Мерсера, и теперь они оба отвели глаза.

Им принесли закуски, выпивку, сигареты. Элкинс сказал:

– Вы не возражаете, если сержант поест с нами, сэр?

– Конечно нет!

В Польше и Белоруссии его сержанты всегда ели вместе с ним и его лейтенантом Успенским.

Просияв улыбкой от уха до уха, Элкинс сказал:

– Мерсер служил под командованием Энта еще в десанте. Это Энтони рекомендовал его в особые части. И все эти годы мы – все мы – слышали много чего интересного о вас, майор.

Коротко кивнув, Александр чокнулся стаканом со взволнованным сержантом.

Элкинс усмехнулся.

– Вы уж нас простите, если мы кажемся… слегка… ну, удивленными, наконец встретившись с вами. – Они с сержантом уставились на Александра.

Напряженно куря и глядя на Элкинса, Александр сказал:

– Хотите удивиться по-настоящему? Ладно, как насчет этого? – Он глотнул пива. – В последнем письме домой Энт сообщил, что женился на вьетнамской девушке. Как насчет чертова удивления? Вы что-то об этом знаете, лейтенант?

Все трое изумленно выругались.

– Гм… – промычал Александр почти спокойно. – Похоже, нет.

Рихтер, всегда приходивший в себя первым, спросил, есть ли тому подтверждение.

– Ну же, – сказал он. – Давай все рассмотрим. Только не говори, что у тебя нет с собой последнего письма твоего сына. Давай его изучим. Может, в нем есть что-то такое, чего ты не заметил или забыл мне сказать. Может, я сумею извлечь из него какую-то информацию.

– Сколько бы раз ты меня ни спрашивал, – сказал Александр, поворачиваясь от Рихтера к Элкинсу, – письма у меня нет. Оно у матери Энта. А ее, насколько я знаю, здесь нет. Но я знаю, что он написал, и повторяю: он женился. Или ты думаешь, что я не умею читать по-английски? Он сообщил, что женился на девушке, с которой познакомился в прошлом году в Хюэ, и что зовут ее Мун Лай.

Именно в этот момент Дан Элкинс свалился со стула. А потом взбесился. Ему пришлось выйти наружу на несколько минут, чтобы успокоиться.

Александр переглянулся с Рихтером. Мерсер молчал, сидя как неживой. Он напомнил Александру кого-то; но это было нечто мимолетное, ускользающее. Что-то имевшее отношение к маленьким детям.

Элкинс вернулся, но успокоиться он явно не успел:

– Это невозможно, черт побери! Это черт знает что, просто невообразимо! Я потрясен, поверить не могу. Я должен сам это увидеть в письме. – Он непрерывно качал головой. – Я в это просто не верю.

– А что я тебе говорил? – спокойно произнес Рихтер. – Лучше показать это письмо, майор.

– Энт не мог такого сделать, – сказал Элкинс Александру. – Ваш сын не такой, как все мы, черт побери! Он не совершает идиотских поступков.

– Лейтенант, успокойся! – командным тоном произнес Рихтер. – Ты знаешь эту Мун Лай?