Читаем Летящие по струнам-2 полностью

– Это твоя работа, Мэт?

– Нет, это обязанность Фрица, моя девочка. – Сказал я.

– Причём тут обязанность! – Тут же возмутилась Никки – Ты так говоришь, словно наш король и в самом деле обязан встречаться с какими-то девчонками, влюблёнными в магию.

– Никки, послезавтра он всё объяснит тебе лично. Наша морская прогулка продлится три дня и королева также будет на ней присутствовать. Для нас уже подготовлены на яхте покои, но это будут наши последние три незабываемые ночи. Сразу после этого ты улетишь в Китай. Приглашение императора, оформленное на твоё имя, Фриц уже получил, но он не имеет к нему никакого отношения. Твой Мэт надавил на ещё одного своего друга, царя Михаила, а то сразу же ухватил китайского императора за его жидкую бородёнку и вытребовал для тебя и Зигги допуск ко всем китайским магическим святыням. Китайские императоры в долгу у русских царей и ещё очень не скоро с ними расплатятся.

– Мэт, это правда:

– Правда, – ответил я, – моя девочка, а теперь лети в королевский дворец и эвакуируй панд из своего замка туда. Думаю, что вы оба не скоро вернётесь из Китая. Китайская магия огня это нечто особенное и её можно изучать десятилетиями. Особенно если тебе открыты двери во все храмы магии.

Через два дня, ранним утром, мы порознь отправились в Пилау, чтобы подняться там на борт магической яхты Фрица, носящей название "Московия" и совершили трёхдневное морское путешествие до Данцига и обратно. Кроме Фрица с Женевьевой и меня с Николь на борту больше никого не было, если не считать трёх дюжин почти разумных големов и семи фрегатов сопровождения. Это позволяло нам загорать в купальниках, пошитых по самой последней моде Земли Прима, но вскоре обе молодые женщины, кстати обе француженки, вот только одна была принцессой, а вторая даже не была дворянкой, загорали топлесс. Однако купались мы только в бассейне. Королеву Женевьеву совершенно не смущало, что мы с Николь любовники. Она даже сказала, покинь Фриц её на такой долгий срок, как Зигги, то тоже завела бы себе любовника. Уже во время завтрака, едва только яхта "Московия" вышла в море, Фриц попросил Мотю поделиться с ним впечатлениями и Николь узнала, что в теле Великого князя Матвея Мещерского обитает Матвей Бунчук. Мне даже пришлось в доказательство этого выйти из тела Моти и показаться своей любовнице в истинном виде.

В Кёнигсберг Николь вернулась в должности старшего придворного мага короля и графиней фон-Лютцов. Через два дня я посадил её на борт тяжелого императорского флайера новейшей постройки, в котором магия была заключена только в его механизмах, а так это был роскошный космолайнер, способный долететь до любой планеты солнечной системы максимум за трое суток, и улетела в Пекин. Я же вернулся из королевского дворца сиротой в квадрате и, наконец, приступил к занятиям, а вскоре началась летняя сессия. На этот раз её было сдавать куда легче, из-за того, что многие экзамены заменяли курсовые работы. Моя победа в "Подлых скачках" никак не повлияла на отношение ко мне со стороны даже однокурсников, то есть не прибавила число друзей и не уменьшила количество врагов. Большого скандала она также не вызвала. Скачками заправляли приезжие, просто какая-то интернациональная банда жучков, и им было предложено покинуть королевство во избежание суда, что они и сделали.

Зато король, немного подумав, сделал кёнигсбергский кольцевой стипль-чез воскресной гонкой и единственное, что мне не понравилось, так это ввёл несколько королевских призов на каждый месяц с мая по октябрь, таких как "Королевский приз Мэта", а затем "Гравито", "Струны", "Песни ужаса", "Женевьевы" и "Николь". Ох, когда-то ведь всё раскроется. Впрочем, кое-что приятное для студентов Вышки всё же произошло. Устроители скачек стали зазывать на эти скачки, на которых теперь было запрещено использовать колдовские и магические плети, а также тяжелые бичи и арапники, студиозусов, разрешили скакать в рубашках и подзуживали девушек принять в них участие. Тоже мне, умники. Не смотря на сессию, за королевский приз "Гравито" боролись все наши девчонки и демонстративно пришли к финишу впятером, скача ноздря в ноздрю. Впрочем это была дневная трёхчасовая скачка и все жокеи-маги демонстративно заговорил свои плётки, теперь это были стандартные татарские камчи с большим кожаным лепестком, звучно прилегавшим к спине, от того, чтобы те касались девичьих прелестей и спинок.