— Я это, не я это, не того этого! — взвизгнул сзади мальчишеский голос. Я обернулся и успел заметить, что теперь выдавшему этот возглас перепало по подзатыльнику. Сразу четыре — на лавочке, кроме служанки и кухарки, появилось еще две тетки. Одна одета посолидней, даже с суровой местной косметикой на лице. Свеклой и углем, как я подозреваю. Возможно, прислуга соседей. А над ними стояли два мужичка, опираясь на колуны с длинными топорищами. А на полу перед ними сидели два пацана, притащившие самовар и поднос. Сначала хитреца отоварили по очереди каждая из женщин, потом второй пацан. Этого первый терпеть не стал, и полез в драку, которая тут же была жестоко пресечена подзатыльниками обоим пацанам от мужиков. Тяжелыми. Произошло все быстро, этакий “ту-ду-ду-ду-ду-ду-мс”. Воспользовавшись тем, что я оторвался от наблюдением за порталом, Дражко протянул мне чашку на блюдце и спросил.

— Чаю, сударь Храбр?

— Что? Нет! — сначала я даже возмутился. Но, немного подумал, и сказал. — А есть сбитень?

— Разумеется, — кивнул Дражко.

За моей спиной уже поставили стол, застеленный скатертью. Я мог сесть к нему в пол оборота и пить чай, оставаясь на боевом посту. Очень удобно.

— А можно мне пирожков с вишневым вареньем? — спросила Милена, с удовольствием отхлебнув из чашки.

— Простите, сударыня, но в сложные времена приходится терпеть лишения, — со сдержанным раскаянием в лице ответил Дражко.

— Ты смотри, капают все таки! — зашептались на “галерке”.

Я с благодарностью принял из рук Дражко кружку со сбитнем. И даже успел повернуться, чтобы заметить как Велимудр, уже снова на ногах и с собранной сумкой, быстрыми движениями капает из своего пробника по одной капле на Канцлера, на Софью и на себя. Как ни странно, но именно капая на себя, он чуть не промахнулся — капля попала на самый кончик бороды. И ярко белая борода, от этого кончика, стала темнеть. Не наливаться темнотой, а словно истончатся, терять краски и становиться прозрачной. Но медленно, никаких тебя мгновенных превращений к которым я привык по фильмам. Ну да, ну да, мое же время не экранное, дешево стоит. Я недовольно вздохнул.

— Ишь ты, барин то вона как могет! — с гордостью прокомментировала кухарка. — Без него-то не в жисть бы не справились! Такое зелье наворожить, это тебе не щи сварить!

— Так! Ишь! Ну, а кто их по следу ведет? А? Нешто твой бородач вынюхивает? Наша барыня, вона жучку нарисовала. И еще много чего нарисовать может! — завелась тетка с подкрашенными ярко красным щеками.

— Тихо, бабы, а то погонят, — лениво сказал один из мужиков. “Галерка” затихла. Женщины бросили друг на друга злые взгляды. А потом кухарка сказала:

— Семки то будешь?

Вторая поджала губы, вздернула подбородок. И, словно через силу, кивнула. Кухарка толкнула парнишку у своих ног.

— Что сидишь? Оглох? Иди в чулан, с мешка плошкой зачерпни. Да смотри мне, по карманам не тырь. И с начатого бери, новый не трожь!

— Ой, шо творится! Расскажу всем, никто не поверит! — всплеснула руками молоденькая служанка.

Я обернулся, держа в руках блюдце с чашкой. И успел заметить, как чернота уже поглотила всех троих педагогов-авантюристов — и Канцлера, и обоих его спутников — практически целиком, оставив только обувь. И сейчас они, больше всего походили на… Тени.

Неожиданно, изображение в портале медленно выцвело, потеряло краски, а потом и полутона, превратившись в чернобелое, словно режим сепия на камере смартфона, с выкрученными на максимум настройками контраста.

— Ээээ! — донесся возмущенный возглас с “галерки”. — Это еще чего такое! А ну верните взад!

— Вперед, — раздался приглушенный и тоже, будто обесцвеченный, голос Канцлера.

Глава 14

Что может быть лучше, чем приключения в таинственном подземном городе? Только приключаться в таинственном подземном городе, сидя на стуле и попивая сбитень.

Троица чародеев окончательно превратилась в тени. Зловещенько выглядит, честно говоря. Тени от свечей в угла моей комнаты теперь на всегда станут для меня подозрительными. Наконец, вслед за Софьей, черный трафарет Канцлер скользнул в завал. А кораблики Канцлера — к нам в комнату. Они ужасно яркие, у меня чувство, что я в операционной сижу, чай пью.

— Как можно забыть, что ты делал такое зелье! — недовольно буркнул Сергей. — Да убивцы и охотники до сокровищ будут за него золотом по весу платить! Один к пяти!

— Велимудр хотел забыть. Тут важно, кто, попросил.… А попросил Григорий. Для чего? Так ведь с таким зельем во все щели можно залезть… — тихо поделился своей теорией я.

— Фууу, Храбр, — не одобрила мои догадки Милена.