Читаем Лестница в небо полностью

— Так точно! Имею! — все необходимые бумаги, позволяющие хоть сейчас встать за штурвал, у Савелия Михайловича действительно были. А после пробной прогулки по Неве Михалыч был единогласно (моим единственным голосом) утвержден на роль капитана «Касатки». Помощника он обещал найти и представить в ближайшем будущем, а единственное условие — не пить на рабочем месте — принял без возражений.

— Ваше благородие! — обращение Михалыча царапало слух, но по-другому звать меня он решительно отказывался, — Олег Петрович на связь выходил, просил забрать их у Смольного.

— Просил, значит заберем. Топлива-то нам хватит?

— Так точно!

— Сейчас, Борис напрощается, пойдем. Я в каюту, — погода с утра ощутимо портилась, начал накрапывать мелкий дождичек, приправленный порывами речного ветра, так что находиться наверху не было ни малейшего желания.

— Понял, — коротко ответил кэп.

Спустя несколько минут в дверях каюты показалась светлая макушка Чёрного, а катер, плавно набирая ход, отправился за Земелей. Смотреть на виды в проем иллюминатора вскоре потеряло смысл — усиливающийся дождь окрасил весь мир в серый цвет, так что на пару с Борисом принялись за домашку. Можно было, конечно, подняться на мостик и попросить Михалыча дать очередной урок вождения, но в оживленной части города, где постоянно сновали туда-сюда другие суда и судёнышки, отвлекать человека за штурвалом было чревато, так что требовалось дождаться, когда катер пойдет в сторону дома, покинув пределы центра. А просто стоять в рубке, теряя время и надоедая капитану, тоже не хотелось.

Земеля с Шаманом и парой бойцов агентства, загрузившись на катер, привели с собой дорогого гостя — Метелицу, до которого я пока еще не добрался, разрываясь между школой, базой, деловыми визитами и другими делами. Что уж говорить, если я даже маму за все это время всего пару раз навестил! А теперь Иван решил, не дожидаясь приглашения нагрянуть к нам на огонек, договорившись заранее с парнями устроить мне сюрприз. Радость от встречи была неподдельной, все-таки за короткое время мы успели прикипеть друг к другу. Как по волшебству на месте убранных тетрадей и учебников возникли свертки со снедью и термосы с горячим чаем. Выделив бойцам, устроившимся в соседней каюте, по паре бутербродов от барских щедрот, усаживаемся вместе за столом и наперебой делимся новостями.

— Пойду покурю, — спустя некоторое время Ваня собирается выйти на палубу.

— Ты ж не курил? — в один голос спрашиваем мы с Алексеем тоном строгих бабушек.

Метла корчит виноватую рожицу и оправдывается:

— Да вот, в морге поработать успели… Не удержался…

Как и во многих медицинских ВУЗах обучение первокурсников начинали с анатомического театра, отсеивая слабонервных и неспособных. Даже меня в свое время в больнице специально водили посмотреть на трупы, но особо на детское сознание не давили, а вот над взрослыми измывались на полную катушку. Наверно, правильно, какой смысл учить человека, который не сможет применить потом свои знания? Но про то, что многие будущие врачи после таких уроков начинали курить, я не раз слышал даже в предыдущей жизни.

— Ладно, мораль читать не будем, не маленький! Пошли, мы тоже с тобой за компанию проветримся, — иллюминатор в каюте не открывался, а пять здоровых парней за короткое время надышали до духоты, так что освежиться действительно не помешает, тем более, что дождь вроде бы утих.

Пока Иван пыхтит и чертыхается, пытаясь прикурить на ветру, любуемся видами с реки. Архитектурный ансамбль потрясает красотой и величием. Особняк или скорее дворец Задунайских удачно вписывается в панораму, но мельтешение света в окнах привлекает мое внимание.

— Леха, посмотри на то здание! Что-нибудь необычное замечаешь?

— Здание, как здание. Красивое, — удивленно отзывается Шаман.

Привлеченные моим вопросом, парни начинают вглядываться в особняк, но не видят того, что вижу я: сквозь стекла мелькают трассеры от магии. Хотя при пристальном разглядывании Метла первым неуверенно замечает вспышки выстрелов, едва заметные за тонированными окнами.

— Михалыч! Правь к тому причалу! — врываюсь я в рубку.

— Есть править!

— Это ведь дом Задунайских? — уточняет Олег.

— Да, и там бой, — произношу, нервно сжимая ограждение. Видимые только мне характерные следы водяных лезвий не дают иной трактовки, вряд ли Задунайские настолько сошли с ума, чтоб позволить кому-то отрабатывать боевые приемы прямо в доме. В этот момент одно из стекол покрывается частой сеткой трещин, но остается стоять на месте. Бронированный материал почти выдержал попадание, окончательно развеяв сомнения.

За что уважаю своих приемных родичей и товарищей — никаких вопросов, типа, а надо ли это нам? а может, ну его? Сухо кивнув, пилоты начинают готовиться к бою. Начав использовать катер для нужд «Кистеня», бывшие вояки успели позаботиться о заначках, так что на свет быстренько извлекаются автоматы, пистолеты и патроны.

— Я с тобой! — твердо заявляет Борис.

— Борь, там бой! И стрелять будут не понарошку! — пытаюсь отбить у товарища желание повоевать.