Читаем Лесные Вехи полностью

– … берегиня… – прошелестел водяной на манер местной хранительницы первое, что пришло на ум. Слава богам, что та по каким-то своим берегинским делам на пол луны куда-то запропастилась. Так что и Йеге не наябедничает и ему, Воднею, морду не расцарапает.

– …берегиня?! – девица отсутствующим взглядом осмотрела озеро и берег – никого не видать. – Видно почудилась, – передёрнула она плечами. – Жаль, что берегине меня не сберечь…

Да что ж такого стряслось с ней, что сберечь надо?!

Обычно безучастному к людским делам водяному, стало интересно. Уж больно сильно горевала девица. Иные и при меньших слезах в воду сигали. А эта сидит, ревёт. И прыгнула бы, да будто что-то не пускает.

– От чего сберечь? – опять не стерпел он, стараясь шелестеть в такт камышам.

В потухших глазах Заряны появился интерес, смешанный с благоговейным страхом. Она даже чуть приосанилась:

– Ты можешь уберечь меня?

– От чего? – не унимался водяной, не забывая подражать говору берегинь.

– От свадьбы…

От удивления Водней чуть не булькнул по обыкновению. Странная какая! Обычно они из сарафанов выпрыгивают – так замуж хотят. А эта… Да и не сама ли Заряна на Купалу венок по воде пускала и с молодчиком обжималась?

– От свадьбы?! Замуж не хочешь?!

– Хочу!

– А что ж тогда?

– Хочу, да за Онофрия… А отдают за старого Батога!

– Такой ли дурной да старый? Али бедный? – Водней был сам на себя не похож – так много с людьми разговаривать. Но странное поведение девицы больно затянуло его.

– Не бедный – самый богатый у нас, почитай. Не старый, да не урод. Да только жены его через год-другой пропадают. Морит он их почем зря, лупит, да мурыжит… Потому Батогом и прозвали. Вот и мне… не долго осталось…

– Так не иди!

– Не могу… Родители должны много. По миру пустить обещал всех, коли я не пойду. Девок молодых он больно любит…

– Хм! Кто ж их не любит?! – не утерпел водяной. Больше ответить было нечего. Уж больно сложно всё у этих людей. Утомился он.

Потихоньку выбравшись из камышей водяной ушел на глубину к своим синим подружкам.

Навки сразу почуяли настроение своего повелителя. Обычно праздный и легкомысленный Водней был непривычно задумчив и молчалив. Они старались как могли. Так и этак крутились вокруг водяного, обтираясь об него своими округлостями, но тот весь был в своих мыслях.

А что если бы его дорогих навок кто-нибудь заневолит? Обижать станет? Нет! Он этого не позволит! Своих родненьких, синеньких… А тут мать с отцом родные извергу отдают.

Он ласково поглядел на озабоченно снующих вокруг навок. Эвон, как стараются ради него! Забрать девку к себе, да и дело с концом! Будет, правда, немая да печальная, но и забижать никто не станет. Вот только топить нельзя… Надо чтобы сама пошла. Подговорить надо. И всё будет хорошо: и девка поперек воли замуж не пойдет, и он не при делах – сама утопла. И, довольный собой, что так ловко всё придумал, Водней игриво шлёпнул проплывающую поблизости навку и кинулся догонять прочих.