— Эх, бедняга… Разве бы я тебя не спрятал! Ведь вспомни, поначалу я едва выгнал тебя отсюда. На шаг боялся отойти от меня, а сейчас не веришь, что смогу тебя укрыть… А может, подозреваешь меня в чем?.. — Вуйо пристально посмотрел на Джюрицу, словно хотел заглянуть ему в душу.

— Вот те на… Что это тебе пришло в голову! — возразил Джюрица с таким простодушием, что у Вуйо тотчас рассеялись всякие сомнения. — Ты, брат, лучше других знаешь, как у гайдуков водится: пока действуем — тебя слушаем, а придет время скрываться — и мать родная знать ничего не должна.

— А не наплел ли тебе чего этот дурак Йово? Говори прямо! — спросил Вуйо, опуская голову и глядя на него исподлобья.

— Что ему говорить?

— Да так, понимаешь… Вижу, ты как-то переменился… А ятаки любят болтать о том, чего сами не знают. Часом, он не зол на меня?

— Нет. Он всегда твердит, что без тебя мы как без рук…

Лицо Вуйо прояснилось, он подошел к постели и сел.

— Ладно, оставим это, — продолжал Джюрица, — займемся лучше делами… Как здесь нынче?

— Где ты был всю зиму? — спросил Вуйо, делая вид, что не слышит его вопроса.

Джюрица с минутку помолчал. «Сказать ему? Все равно придется рвать с ним, скрывать не стоит».

— Где только не был! В городах, в Белграде больше всего.

Вуйо удивился; это можно было прочесть по его лицу, освещенному слабым огнем свечи. Заметив, что Джюрица неохотно отвечает на вопрос, Вуйо перешел на другое.

— Спрашиваешь, как нынче здесь, — начал он после короткого молчания. — Да известно как! Награду за твою голову после того убийства повысили. Сейчас всех поднимут на ноги, чтобы тебя уничтожить, но мы будем начеку… Нам не впервой. Сменили у нас в уезде начальника, а этот новый свиреп…

«Пугает, — подумал Джюрица, — опять раба из меня сделать хочет, не выйдет!»

— Ты подготовил какое-нибудь дело? Всем до зарезу нужно…

— Нужно-то нужно, а как уговоримся?.. По-старому?

— Лучше всего было бы, если б ты раз и навсегда сказал, сколько причитается тебе. А остальное я бы делил, — ответил Джюрица.

— Погоди-ка… Как бегать и устраивать дела либо что-то улаживать с властями, так без дяди Вуйо никуда, а как делить деньги, то протягивай руку и проси, сколько дадут… Этого вы хотите, не так ли?.. Но Вуйо не хочет!.. Я найду себе людей, с которыми буду работать, а вы договаривайтесь и работайте как знаете! — крикнул он, вскочив с постели.

Джюрица, вспомнив совет Новицы, начал примирительно:

— Зачем, брат, сердиться. Ведь из-за этого я осенью и убежал, просто не знал, что делать: ятаки тянут в одну сторону, ты в другую, а я меж двух огней…

— Кто тебя тянет? — Назови имя? Кто требует товарищества на паях?.. Ну-ка, скажи, и я с ним рассчитаюсь, чтобы у тебя голова не болела.

— Все, Вуйо, все требуют… не один…

— Да кто же это все, убей их гром! Назови хоть одного, чего он… чего все требуют?..

— Да плюнь ты на это, в конце концов. Я тебе передал то, чего они хотят, ведь я не сказал, что того же добиваюсь и я… Давай по-старому, только пусть между нами будет ясный счет… Чтоб наперед знать, сколько кому достанется…

— Правильно, сокол, вот это умно! — радостно воскликнул Вуйо. — Давай мы с тобой договоримся, а то — что ты мне рассказываешь о голодной шпане! Ей все равно никогда не потрафишь! Давно было нужно с этого начать, я с ними буду рассчитываться и каждому дам по заслугам… Хватит с тебя четверти?

— А ятакам платишь ты? — спросил Джюрица.

— Всем до единого.

— Хватит, — промолвил Джюрица вслух, а про себя подумал: «Какой дурак станет меня задаром оберегать, если может получить за мою голову сто дукатов!.. Вижу, чего ты, старик, хочешь, но бабушка еще надвое сказала…»

— Ну, коли так… то можем поговорить и о деле, — сказал Вуйо, подошел и уселся рядом с Джюрицей на стул.

Обрезав фитиль на свече, Вуйо принялся излагать свой план нападения на богатого торговца из Поморавля. За этой беседой их застала заря.

XXIV

Возвращаясь с богатой добычей после кровавого разбоя, в котором хозяин и один из нападающих получили тяжелые ранения, Джюрица, согласно уговору с Новицей, пошел через Ягнильское урочище, раздумывая по пути, как бы избавиться, до того как войти в лес, от Симо, который не отставал от него ни на шаг. Джюрица был хладнокровен и решителен, не потрясла его и пролитая кровь: напротив, он только готовился засучив рукава взяться за дело по-настоящему.

— Симо, ты сверни сейчас направо, на Копляры, и ступай прямо домой, а я постараюсь добраться до Венчаца.

— Вуйо наказал не оставлять тебя одного и проводить к нему. Я не смею уйти.

— Для чего ты мне нужен?

— Надежней вдвоем… Надо остерегаться… — ответил Симо и опустил голову, чтоб не встретиться взглядом с Джюрицей.

«Этот почти не скрывает, чего хочет, — подумал Джюрица. — Велел ли Вуйо убить меня сейчас или после того, как я передам ему деньги? Новица сказал, что они положили убить меня сегодня, сразу же после грабежа. Погоди, сейчас узнаем; пусть идет со мной».

— Что ж, хорошо, если он так наказал, — ответил Джюрица равнодушно. — Только передохнем в лесу.