Читаем Леший. Путь проклятых полностью

Снег режет щеки ледяными лезвиями. На глазах очки, а на носу платок. Только отрытая часть моей физиономии получает свое. Страх не сковывает сердце. Я заранее готовился к этому. Знал, что такое возможно. Главное – быстрее добраться до другого берега. Здесь всего чуть больше двух километров. Я должен успеть! На финальной стометровке бивни животных перестали пробивать лед, давая возможность перевести дух, но я слишком рано расслабился. В последний момент рядом с нами появился рог, отправляя меня и Мишку в ледяную воду. Глубина тут уже была не большая и нарвал не мог нас атаковать. Поняв свою ошибку, он просто пытался уползти обратно в реку. Только сейчас я смог разглядеть огромную пасть зверя и безумные красные глаза. Он совершенно не похож на нарвалов из книги местной учительницы географии. Это явно что-то другое. Благо, что монстр пытался спастись бегством, наплевав на меня.

Мишка выбрался из воды первым, я чуть позже, клацая зубами и выжимая мокрую одежду. Слава богу, что все мое имущество было упаковано в полиэтилен. Блин, надо отвыкать от этой дурацкой привычки. Сейчас ничего не будет благодаря богам. Они меня не видят. Я проклят для них.

Снял свои мокрые одежды и вытащил из сумки сухие. В момент, когда я остался голым на морозе, я ощутил всю прелесть этой погоды. Каждая снежинка касалась моего тела, как маленький уголек, заставляя трясущиеся руки работать быстрее. Надев новые брюки цвета хаки, майку, свитер и пуховик, я отправился к зданию местного порта. Трос остался цел, поэтому настала пора его тянуть к себе. Найдя столб, обвязал вокруг него, прикрепляя катушку и начал вертеть рычагом. Сначала дело пошло легко, но со временем все сложнее, однако и веревка, и столб были довольно крепкими, а на силу рук я никогда не жаловался. Через полтора часа пыхтения моим забитым мышцам наконец-то было суждено отдохнуть. Трос принес мне веревку, толщиной со школьный канат. Непонятно, где они ее откопали, но она очень крепкая. На конце расположен карабин. Обвязав столб, я закрепил на нем веревку. Сделано. Теперь, думаю, Салехардцы дождутся, когда лед снова окрепнет, после этого смогут пустить сюда своих людей. Они решили прикрепить другой край на возвышенности и спускаться как на фуникулере.

Я порылся в здании порта, наломал стулья и соорудил костер. Мишка промок и мне не хочется, чтобы он захворал. Пламя запылало, позволяя моим животным понежиться в тепле. Вьюга тут же прижалась ко мне, положив голову на колени. Увидев такую несправедливость, Мишка тут же подполз ближе. Его голова у меня на коленях уже не помещалась, поэтому я просто гладил их обоих, чтобы они не ссорились.

Вот я и перешел реку. Теперь нужно успеть добраться до Екб, пока не растаял лед. На моем пути много рек и болот. Если сейчас не успею, то потом это будет проблематично. Я достал из рюкзака карту, она включала в себя весь мой маршрут, проработанный вместе с Миртичем. Изначальная цель – Нягань. Естественно, путь до нее не близкий. По дороге буду делать небольшие петли, заворачивая в различные деревни, чтобы пополнить припасы. Ладно, еще немного обсохну и поеду в Лабытнанги. Нужно посмотреть, как тут обстоят дела.

Под мерный треск костра, я начал вспоминать о том, как прошли эти месяцы. Не смотря на все тяготы и происшествия, именно в это время я чувствовал себя по-настоящему свободным. Никакой ответственности и проблем. Мы ходили с Митричем на ходки, убивали монстров и искали различные травы да коренья. Разделывали животных, все ингредиенты, попадавшие в наши руки, шли на создание зелий. Я снова почувствовал лес. Почувствовал его как раньше, когда он был мне родным. Каждый монстр, каждое растение, я знал их. Знал, как свои пять пальцев. Мы видели тех самых викингов, которые отправлялись куда-то на север. Откуда они взялись, мы узнать так и не смогли. Видели ледяного дракона и многих других существ. Мы изучали их, мы качались. Познавали лес, а он нас. И в тот момент, когда я начал дышать полной грудью в этом странном, но прекрасном лесу, я нашел себя. Себя прежнего. Себя настоящего. Себя, разбитого на осколки жизненными проблемами, ситуациями, несправедливостью. Именно там я нашел большую часть себя. Вспоминал себя. Вспоминал все, что было для меня родным.

Изменения во мне произошли еще до всей этой катастрофы. Я спрятался в лесу. Спрятался от человеческой подлости, спрятался от себя. От человека, верящего в чудеса и в людей. Я постарался заглушить всю свою боль, однако, не обращать на нее внимание, значит оставить гной внутри заживающей раны. Все это вылилось в мое желание вершить суд. И Бгорт как раз вовремя подвернулся. Видимо, он понимал всю суть моего состояния. Понял, как сильно я тянусь к справедливости. Скорее всего. Хотя точно я этого знать не могу. В любом случае, в бескрайних просторах русского леса, я нашел частичку себя. Себя прежнего. Себя настоящего.