Читаем Лес Ксанфы полностью

Полистав бумаги, Сергей нашел анкету. Сколько же ему было лет? Ага, сорок три. На фото самое обыкновенное, немного усталое лицо. Глубокие залысины, крупный рот, чуть-чуть асимметрично расположенные глаза. Сын Андрей учится во втором классе Ярцевской школы-интерната. Жена — Ирина Ковач — астрохимик… Где-то, кажется, Сергей уже слышал это имя. Что тут еще? Автобиография, медицинская карта, копии рапортов, приказы о поощрениях. Все. Никакой зацепки.

…Вика прибыла на пятый день под вечер. К станции ее доставил на вездеходе здоровенный чернокудрый детина, что несколько подпортило настроение Сергея, уже успевшего извлечь из контейнера с аргоном букет гвоздик. Брюнет вел себя так, будто совсем не собирался обратно, громко говорил и по каждому поводу отпускал дурацкие, по мнению Сергея, шуточки.

Воспользовавшись моментом, когда Вика оставила их наедине, Сергей спросил незваного гостя, входит ли в функции "водителя обязанность развлекать сотрудников научных станций или же это личная, не получившая пока одобрения у начальства, инициатива брюнета? Чернявый водитель высокомерно усмехнулся и, не вступая в пререкания, удалился, прихватив с собой самую пышную из гвоздик.

Пока Вика принимала с дороги душ, Сергей разогрел праздничный ужин и испек (вернее — сжег) яблочный пирог.

— Ну, как наши делишки? — спросила Вика, усаживаясь за стол. — Жуткие тайны Марса уже разгаданы?

— Нет еще. Пока собираю данные, — ответил Сергей излишне серьезно. Присутствие Вики почему-то всегда лишало его чувства юмора. — У Леса очень сложная биология. Это какое-то полурастение, полуживотное. И… он сильно изменился в последнее время.

— Ну, например?

— Он знает о нас. Ты заметила, как все вокруг заросло?

— Да. Я еще удивилась, почему ты поставил станцию так близко к Лесу.

— Это еще не Лес. Это кочующие побеги. Но за ними придет и Лес. Через несколько месяцев мы можем оказаться в самой его чаще.

По-моему, ничего странного. Собака тоже ходит за человеком. И корова, если ее вовремя не подоить.

— Лес не корова. От древесников он зависит гораздо меньше, чем они от него.

— Ты думаешь, что это важно?

— А почему бы и нет?

— Ты забыл, для чего мы здесь. Нам нужно выявить причину возникновения урагана, вот и все!

— У меня есть одна гипотеза. Древесники жили в лесах так долго, что, возможно, стали частью их организма. Поэтому всякая распря среди них в первую очередь угрожала Лесу. Кстати, таких понятий, как «корысть» и «жадность» в языке древесников не существует, так же как и «горе», «зло», «ненависть». Представь, что твои руки начнут враждовать с головой или ногами. Кому это понравится?

— Симбиоз, биоценоз, фотосинтез, хлоропласт, — сказала Вика. — Мне они еще в училище надоели! Давай хоть сегодня не будем об этом думать.

— Давай, — обиделся Сергей.

— А ты знаешь, мне Марс не понравился. Та же Сахара. Камни да песок.

— А Лес! Можно прямо сейчас сходить!

— Сходи один, пожалуй. Я так сильно устала. Вот эти штучки прикрепи к веткам, а эти — зарой под корни. Только не перепутай. Я тебя за это поцелую. Но только не сейчас, а когда вернешься.

Когда Сергей вернулся, она уже крепко спала в своей комнате.

Наутро у Сергея была запланирована экспедиция в самую чащу Леса, туда, где погиб Тахтаджян. Так и не дождавшись, когда проснется Вика, он отправился один. Кочующие побеги за последнюю ночь сильно подросли, да и в самом Лесу чувствовалось какое-то оживление, похожее на то, что бывает ранней весной в земных лесах, когда соки начинают двигаться по древесным сосудам. В лесной чащобе было сумрачно от плотного переплетения ветвей. Материнские побеги, все как один штопором закрученные вправо, напоминали чугунные опоры какого-то фантастического моста. Корни и грунт вокруг них были залиты остекленевшей смолой. Если у Леса имелось что-то похожее на мозг или центральный нервный узел, то он находился именно здесь. Обычный инструмент не брал кору материнских побегов, и Сергею пришлось прибегнуть к помощи лазерного манипулятора (боли Лес не ощущал, в иные годы лесовики выедали до трети его биомассы и еще столько же тратилось на другие нужды). Взяв пробы, он в образовавшиеся отверстия вставил датчики.