Читаем Лесь полностью

Бьерн сиял вдохновением и описывал какие-то удивительные вещи. В его реалиях тайные, мрачные комнаты и бои с быками перемешивались со скелетами красивых женщин и каким-то старым человеком, совершенно неизвестным директору. Привезенные оттиски и карты неуклонно свидетельствовали о том, что персонал выполнил инвентаризацию тщательно, подробно, старательно и полностью ее окончил. Самое время было приступить к проектированию.

– Что они там еще делают? – сказал нервно директор главному инженеру. – Вы там были, Збышек, есть ли там еще что-нибудь, заслуживающее внимания? Почему они не возвращаются? И что это за старый человек?

– Понятия не имею, – задумчиво ответил главный инженер. – Там больше ничего нет: маленький городок и госхоз. Я боюсь, что они там еще что-то придумали…

Тщательно допрошенный Бьерн лишь подтвердил свои прежние слова.

– Очень старый человек, – с нажимом сказал он, после чего повторил несколько раз и на разных языках: – Одна дама[12], красивая, молодая, она есть скелет. Он знает. Тот старый человек. Она есть лоха, скелет.

Таинственные лохи привели снова к помрачению умов, на этот раз обоих – и директора, и главного инженера. Телефонный разговор с Янушем, который пытался выяснить недоразумение, возникшие из разницы между лохой и лохами, это замешательство лишь усилили. Директор бюро абсолютно не мог сориентироваться, должен ли он включить в проект заповедник для диких кабанов, или подземелья в замке. Главный инженер не проявлял излишнего желания к выяснению его сомнений. После длительных волнений, взвешиваний и раздумий стало ясно, что не остается больше ничего, как произвести инспекцию.

В полдень ближайшей субботы директор бюро двинулся в путь на своей машине, везя с собой главного инженера, который неизвестно почему казался каким-то странным, не в своей тарелке и очень сдержанным. Директор бюро чувствовал, как в нем нарастает беспокойство и всеми силами старался избежать прогнозов и допущений, что там будет на месте…

Вход в пещеры был найден в самой глубоком подвале. Один из камней пола был подвижным. На него наступил Лесь, и Каролек в самый последний момент успел спасти его от падения в темную пропасть. Камень подняли и подперли другими камнями, старательно обезопасив вход от случайного закрытия.

– Что тут может быть? – размышлял Каролек, освещая глубокую черную челюсть электрической шахтерской лампой на очень длинной веревке, подключенной к автомобильному аккумулятору, взятому напрокат с местной машино-тракторной станции.

– Как – что? Пещеры, очевидно, – ответил Януш удивленно. – Что за глупые вопросы ты задаешь?

– Нет, не то. Я думаю, что здесь может быть в будущем. Как это использовать? Все в абсолютном порядке, сами видите, чем глубже, тем лучше состояние, жаль пропустить мимо. Что тут может быть?

– Винный погребок, – решительно ответил Лесь. – Само собой выходит.

Действительно, помещение представляло собой явственно часть погребов для вина. В одной из стен были замурованы даже несколько огромных бочек.

– Не знаю, – с колебанием сказал Каролек. – Я вижу, что здесь лучше создать игорный зал. Здесь и вот здесь лишь несколько нужно расширить, рулетка и другое…

– А проигравшие могут сразу же бросаться головой вниз, прямо в глубину? – спросила иронически Барбара, указывая на челюсть под камнем.

– Он прав, – с сожалением сказал Януш. – Для пещеры игры здесь слишком хорошая атмосфера. Но что с того, ведь не согласятся. Давайте остановимся на винном погребке.

– А там, внизу, что?

– А то, что есть там, внизу, мы должны увидеть…

– Не преувеличиваем ли мы? – забеспокоился вдруг Каролек. – Туда нужно спуститься с каким-нибудь страхованием или чем-нибудь в том же роде. Нужно иметь снаряжение и больше людей и вообще это должен делать исполнитель.

– Теоретически ты прав, – призналась Барбара. – Но на практике мы знаем, как есть. Никому не захочется, начнутся различные совещания, разрешения, утверждения, в движение придет вся бюрократия, и я не знаю, что из этого выйдет. Если мы хотим чего-нибудь достигнуть, то должны подсунуть им под нос весь готовый материал. Подземелья не были предусмотрены в проекте, и если мы сами этого не сделаем, то они так и останутся неиспользованными. А я считаю, что по крайней мере один объект должен быть полностью закончен. Достаточно уже этого бракодельства! Раз мы начали, то и должны дойти до конца!

В голосе Барбары нарастал благородный энтузиазм, который медленно стал проникать и в остальных членов персонала бюро.

– Ты попала в революционное настроение, – буркнул Януш. – Но все же ты права, на самом деле…

– Пока все не попадем в революционное настроение, до тех пор вечно у нас что-нибудь будет не удаваться! – закричала Барбара с огненным взглядом.

– Нужно сделать соответствующие приготовления, – энергично засвидетельствовал Каролек. – Лини, свет, пищу…